Вслед за Мироновым Сталина оболгал Пушков
Председатель временной комиссии Совета Федерации по информационной политике и взаимодействию с СМИ Алексей Пушков в ходе слушаний по законопроекту о запрете публичного отождествления роли СССР и Германии во Второй мировой войне заявил, что: «Критики говорят, что нельзя обсуждать ошибки советского командования. Например, о том, что 22 июня Сталин не знал, что делать. Да, действительно не знал. Ошибки и просчеты Сталина не являются предметом этого закона».
Продвигая будто бы патриотический законопроект, Пушков умудрился оболгать вождя народов. Конечно, не так топорно, как глава "Справедливой России - За правду" Сергей Миронов, объявивший, что "когда началась война, Иосиф Сталин испугался и залез под кровать, и две недели его никто не видел". Что опровергается журналом его приёмной. А по свидетельствам бывших на этих приёмах, Сталин вовсе не выглядел растерянным и "не знающим, что делать". Например, нарком путей сообщения Лазарь Каганович на склоне лет рассказывал военному историку Георгию Куманеву:
"Г. А. Куманев: Лазарь Моисеевич, в 6-м номере за этот год журнала «Известия ЦК КПСС (Вы его, наверное получаете) опубликовано содержание тетради записей лиц, принятых Сталиным с вечера 21 по 28 июня 1941 г. И вот в записи за 22 июня дежурным отмечено, что в 8.00 часов к нему в кремлевский кабинет вошел т. Каганович Л. М., а вышел в 9.35, т. е. Вы находились у Сталина полтора часа.
Л. М. Каганович: Да, верно.
Г. А. Куманев: А каким Вы нашли Сталина в тот момент?
Л. М. Каганович: Собранным, спокойным, решительным.
Г. А. Куманев: Интересно, какие лично Вам он дал указания?
Л. М. Каганович: Очень много указаний я получил. Они показались мне весьма продуманными, деловыми, конкретными и своевременными.
Г. А. Куманев: Вы пришли по своей инициативе или Сталин Вас вызвал?
Л. М. Каганович: Вызвал Сталин, он всех вызывал. Конечно, основной круг заданий мне был связан с работой железнодорожного транспорта. Эти поручения касались проблем максимального обеспечения перевозок: оперативных, снабженческих, народнохозяйственных, а также и эвакуационных."
[2021-06-02]
|
 |
5.9.2026
Алексей Рафалович
Мозговой шторм Где гарантии от того, что зарубежные большие фундаментальные модели искусственного интеллекта не будут или неспособны высасывать чувствительную информацию из российских разработок? Опасность вполне реальна, если учесть что сам процесс разработки ИИ заставляет вспомнить поговорку о семи няньках у которых дитё без глаза осталось.
|
 |
29.8.2026
Саид Гафуров, Дарья Митина
Pax latinoamericana. Революция после революции - это не возврат к исходной точке, а движение по спирали, понимание, что поражение - не конец, а начало нового этапа борьбы, осознание того, что выживание требует компромиссов, но компромиссы не должны превращаться в капитуляцию.
|
 |
27.8.2026
Саид Гафуров, Дарья Митина
Pax latinoamericana. Вопрос о том, может ли маленькая страна, сидящая на огромном природном богатстве и окружённая гораздо более сильными центрами силы, самостоятельно распоряжаться своей историей, остаётся открытым, и это уже вопрос не только Венесуэлы и даже всей Латинской Америки.
|
 |
26.8.2026
Андрей Дмитриев
ЖЗЛ. Вьетнамцы любят сравнивать свою страну с коромыслом или заплечным шестом, на котором висят две корзины с рисом. 115 лет назад - 25 августа 1911 года - родился один из главных полководцев XX века Во Нгуен Зяп. Ему вместе с Хо Ши Мином было суждено сперва отвоевать для народа северную корзину, а через 30 лет - и южную, объединив государство.
|
 |
25.8.2026
Саид Гафуров, Дарья Митина
Pax latinoamericana. Мы вовсе не хотим сказать, что Венесуэла в 2026 году находится в положении Советской России 1918 года, но существует одинаковый тип или класс политических задач: когда страна терпит неудачу, политическое руководство оказывается перед неприятной дилеммой - сохранить максимально чистую форму политического проекта или сохранить материальные условия его существования?
|
 |
23.8.2026
Саид Гафуров, Дарья Митина
Pax latinoamericana. Чавизм действительно потерпел поражение, но поражение — это не то же самое, что исчезновение. Теперь он оказался вынужден доказывать, что способен существовать не только как политическое движение нефтяного подъёма, но и как политическая сила периода поражения, а это гораздо более трудный экзамен.
|
|
