АПН Северо-Запад АПН Северо-Запад
2012-08-20 Захар Прилепин
Особо дюжинное дело

В Санкт-Петербурге возобновилось слушание уголовного дела в отношении активистов партии "Другая Россия". Если точнее и проще: Выборгский суд Северной столицы, судя по всему, вознамерился посадить 12 бывших нацболов — сторонников Эдуарда Лимонова, продолжающих активно заниматься оппозиционной деятельностью. Удивляет, если не сказать умиляет, позиция российских СМИ: дело фактически не освещается. Журналисты реагируют примерно так: "Вас еще не посадили? Ну, тогда это не информповод!" Ну, мы в курсе: информповод — это кровавое преследование Ксении Собчак и ужасающие обыски в ее квартире. А 12 реально маячащих тюремных сроков — это так, скучная текучка.

Для порядка, напоказ

Дело возбуждено в ноябре 2010 года. Главе питерских "другороссов", Андрею Дмитриеву, и еще двум его товарищам, Песоцкому и Марочкину, угрожает по три года лишения свободы, остальным обвиняемым — по два. Статья, уже привычная для многих российских оппозиционеров,— 282-я, ч. 1 и ч. 2.

Мало того, что привычная, еще и легендарная — мне, к примеру, магические цифры "282" попадались уже в десятке современных песен — ах, как мощно работают российские законодатели, один шаг — и в историю!

Вот, к примеру, актуальное упоминание Уголовного кодекса в тексте песни группы "25/17": "282-я статья как дамоклов меч: для порядка, напоказ, крепостных надо сечь".

Питерское дело — идеальная иллюстрация к этим словам. Любой ознакомившийся с материалами дела вынесет твердое ощущение абсурда происходящего.

Да, была в свое время такая партия — Национал-Большевистская, одна из самых любопытных, на мой вкус, и значимых политических, а также культурных организаций последних двух десятилетий. К партии имели прямое отношение десятки, если не сотни разнообразных важных персонажей — от актера и джазового пианиста Сергея Курехина до панк-идола Егора Летова, от философа Александра Дугина до множества ныне активно действующих публицистов и литераторов нового поколения. Автор этих строк — из их числа.

Партия не совершила ни одной насильственной акции, то есть в результате ее деятельности не пострадал ни один человек. Зато более 120 участников этой, так и не зарегистрированной государством массовой организации в разные годы получили и отсидели тюремные сроки за свою политическую деятельность. Самые известные дела: ненасильственный захват башни св. Петра в Риге с призывом прекратить преследования советских ветеранов, ненасильственный захват приемной президента РФ с призывом остановить монетизацию льгот, ряд акций "продуктового терроризма", к примеру, бывший глава Центризбиркома господин Вешняков под крик "Ваши выборы — фарс!" был облит майонезом на виду у сотен людей — даром, что тогда российская общественность выборы фарсом еще почему-то не считала, видимо, дожидалась Чурова, хотя волшебства и до него хватало с избытком.

В общем, партию вместе с ее символикой и названием в конце концов в 2007 году закрыли как экстремистскую — вплоть до того, что был наложен запрет на упоминание в СМИ ее названия. То есть Гитлера можно упоминать, дьявола можно, а НБП нельзя.

В моем понимании объяснение тому элементарное: властям с нацболами невозможно было договориться ни на каких условиях. Нацболы не желали ни финансовой помощи, ни иных преференций, не боялись потери политического или финансового статуса и даже потери свободы не боялись — в общем, никак не подходили под респектабельное (и мерзкое) определение "системная оппозиция", но настырно оставались "внесистемной".

Партии не стало, зато партийцы во многих регионах никуда не делись. Большинство из них влилось в коалицию "Другая Россия", к которой на разных этапах ее деятельности имели отношение самые разные люди — от Гарри Каспарова до Людмилы Алексеевой.

Тем не менее бывшие нацболы на фоне иных оппозиционеров всегда были явно различимы. Проще говоря: именно они оказались заводилами и "Стратегии 31", и "Маршей несогласных", всей той деятельности, что предварила и во многом подготовила массовые акции последнего полугодия,— общеизвестные митинги на Болотной, на Сахарова и т.д., и т.п., и проч.

Вот здесь и начинают возникать загвоздки в питерском деле.

Пострадавшие

Насколько мы понимаем, оппозиционная деятельность в России пока не запрещена. Нет, закон все-таки преступать нельзя, но вот не любить власть и время от времени говорить об этом вслух — на здоровье.

Лично мне в общем и целом власть не нравится, но я проявляю к ней последовательную нетерпимость в рамках УК и законов о СМИ.

И если все-таки наши самые неподконтрольные в мире суды решаются упечь в тюрьму тех или иных людей за неприятие власти, мы вправе ожидать весомо и разумно доказанной уголовной вины подсудимых.

Для начала, согласно материалам дела, отсутствуют граждане или организации, понесшие от деятельности "другороссов" какой-либо ущерб. Их нет. Зато в обвинительном заключении прямо указана суть "преступления" — организация публичных мероприятий, которые "направлены на выражение нетерпимости к руководителям действующих органов государственной власти".

Переводя с юридического на общечеловеческий, поясняем: 12 человек судят за то, что им несимпатична власть.

Относительно моего старого товарища и достойнейшего во всех смыслах человека, Андрея Дмитриева, в обвинительном заключении указано следующее:

"Дмитриев А.Ю., будучи достоверно осведомленным о том, что деятельность межрегиональной общественной организации "Национал-большевистская партия" запрещена, действуя умышленно, из экстремистских побуждений принял решение возобновить и возглавить деятельность запрещенной экстремистской межрегиональной общественной организации "Национал-большевистская партия" путем созыва собраний, организации вербовки новых членов, массового распространения экстремистских материалов, проведения несанкционированных массовых мероприятий.

Реализуя вышеуказанный преступный умысел, Дмитриев А.Ю., осознавая, что достижение оптимальных преступных результатов возможно за счет привлечения лиц, с которыми он лично знаком, имеющих опыт и навыки работы в сфере организации деятельности межрегиональной общественной организации, распределив преступные роли и разработав план их объединения под своим руководством, привлек в межрегиональную общественную организацию "Национал-большевистская партия" Песоцкого А.А. и Марочкина А.Б., которые выразили свое согласие участвовать в организации деятельности межрегиональной общественной организации "Национал-большевистская партия" в г. Санкт-Петербурге и руководить ею путем регулярного созыва собраний, организации вербовки новых членов, проведения шествий и иных несанкционированных массовых мероприятий".

Цитата увесистая, но весь ее вес осыплется, если из нее элементарно исключить такие ужасные слова, как "Национал-большевистская партия".

Отчетливо осознавая, что у нас шуток не любят, все бывшие участники партии давно и последовательно именуют себя "другороссами".

Иствуда в студию

Сухой остаток из всего этого пышного обилия словес следующий: Дмитриев со товарищи решил продолжить легальную оппозиционную деятельность, вместо того чтобы заниматься исключительно общественно полезным трудом на благо государства.

В этом вся их вина.

Следствие мрачно сообщает, что "в ходе обысков, проведенных в рамках данного уголовного дела, было изъято большое количество экстремистской литературы..."

Однако ни одного материала, входящего в список официально запрещенной судом как экстремистской литературы, при проведении обысков изъято не было. Следователи изымали законно изданные книги и фильмы. Например, в ходе обыска у Андрея Дмитриева были изъяты роман Эдуарда Лимонова "Дневник неудачника", сборник биографий российских оппозиционеров информационно-аналитического центра "Панорама", а также художественные фильмы "Дети чугунных богов" Томаша Тота и "Флаги наших отцов" Клинта Иствуда.

Давайте, что ли, Иствуда привлечем в качестве свидетеля, пока не поздно, а то он старенький уже, 100 лет скоро.

Кроме того, в качестве доказательной базы в дело вписаны все случаи привлечения участников процесса к административной ответственности за последние четыре года.

Похоже, молодых людей собираются посадить за, только не смейтесь, нецензурную брань в общественном месте и переход дороги на красный свет.

Оцените цитату.

"Яшин А.М., действуя под организационным началом Дмитриева А.Ю., Песоцкого А.А. и Марочкина А.Б., умышленно, из экстремистских побуждений, с целью продолжения запрещенной деятельности межрегиональной общественной организации "Национал-большевистская партия"", находясь у д. 18 по ул. Садовой в г. Санкт-Петербурге, совместно с Марочкиным А.Б., Башировым Р.Х. выражал политические взгляды межрегиональной общественной организации "Национал-большевистская партия" экстремистского характера... за что 03.08.2011 г. постановлением мирового судьи судебного участка N 78 г. Санкт-Петербурга был признан виновным в совершении административного правонарушения — нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, то есть предусмотренного ч. 1 ст. 20.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях".

Внушительно, не правда ли?

И еще один, не менее занимательный пассаж.

"Ивахник В.С., действуя под организационным началом Дмитриева А.Ю., Песоцкого А.А. и Марочкина А.Б., умышленно, из экстремистских побуждений, с целью продолжения запрещенной деятельности межрегиональной общественной организации "Национал-большевистская партия"" — находясь у д. 69 по Большому пр-ту Васильевского острова в г. Санкт-Петербурге, выражая политические взгляды межрегиональной общественной организации ""Национал-большевистская партия" экстремистского характера путем воспрепятствования дорожному движению, совместно с Дмитриевым А.Ю., Песоцким А.А., Бойковым И.А., переходил проезжую часть на запрещающий сигнал светофора, препятствуя тем самым организованному движению транспортных средств, за что 21.11.2009 г. постановлением начальника 60-го отдела милиции УВД по Василеостровскому району г. Санкт-Петербурга майора милиции Левченко А.Н. был признан виновным в совершении административного правонарушения — нарушение правил дорожного движения, то есть предусмотренного ч. 1 ст. 12.29 Кодекса РФ об административных правонарушениях".

То есть допишите к любой административной ерунде слова "национал-большевистский" — и готова уголовка.

Например, "выражая политические взгляды организации "Национал-большевистская партия", выгуливал собаку в неположенном месте".

Или, "выражая политические взгляды организации "Национал-большевистская партия" залили водой потолок соседей".

Долго еще так можно продолжать.

В ходе суда были допрошены, наберите воздуха, начальник отдела развития и координации многоуровневой системы профилактики правонарушений комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности города Николай Струментов, отвечающий за согласование в городе массовых мероприятий, и еще пятеро полицейских, участвовавших в разгонах оппозиционных акций, которые, по мнению следствия, являются акциями нацболов.

Струментов сказал, что ни разу не видел на митингах и шествиях символики запрещенной НБП и вообще какой-либо партийной символики, кроме флагов "Яблока".

Начальник отдела управления обеспечения общественного порядка и взаимодействия с органами исполнительной власти Андрей Федоров тоже заявил, что после запрета НБП активисты партии вошли в новую организацию — "Другую Россию", после чего нацбольские серп и молот, признанные российским судом орудиями экстремизма, на акциях не демонстрировались.

Остальные полицейские не смогли опознать ни одного из обвиняемых.

Вас снимает скрытая камера!

За неимением весомой обвинительной базы "другороссов" судят на основании показаний полицейских агентов, внедренных в питерскую организацию.

Агенты, выступающие, естественно, в качестве независимых свидетелей, на суде н

е появляются, а голоса их передаются в записи, причем в искаженном виде. Секретность, что ты...

Эти искаженные голоса наговорить могут что угодно — работа такая.

Но и внедренные, с позволения сказать, свидетели путаются на каждом шагу и убедительности делу не придают.

Так что, дабы хоть как-то укрепить эту шаткую конструкцию, в дело была запущена социогуманитарная судебная экспертиза, проводимая печально известными экспертами Российского института культурологии Батовым В.И. и Крюковой Н.Н.

Стоит пояснить, что Российский институт культурологии известен как учреждение, признавшее в свое время экстремистскими футболки с надписью "Православие или смерть!", а также логотип сайта rospil.info с двуглавым орлом и пилой.

Кроме того, Крюкова и Батов проводили экспертизу листовок по делу лидера московских "другороссов" Николая Авдюшенкова, признав экстремистским лозунг "Убей в себе раба". Какие-то личные, интимные эмоции, наверное, испытали по поводу этого ужасного лозунга.

То есть те еще, как мы видим, спецы. Допусти их до газет с журналами — все сядем.

Предметом их вдумчивой экспертизы стали 27 дисков с видеозаписями собраний активистов "Другой России" в Петербурге в 2009 году. Откуда появилась запись, нас не спрашивайте. Спросите лучше у борцов с гидрой экстремизма — они в курсе.

Кстати, вы, читатель, не имеете привычки обсуждать в кругу друзей насущные политические новости? Поглядывайте по сторонам, если что, вполне возможно, что на вас смотрит неморгающий глазок видеокамеры.

На вопрос следствия: "Являются ли обнаруженные на представленных видеоматериалах собрания группы лиц собраниями межрегиональной общественной организации "Национал-большевистская партия"", — наши мощные эксперты ответили, как и ожидалось, утвердительно.

Они ж по глазам видят — нацболы собрались, бунтовщики, вольнодумцы.

Какие новые сюрпризы организует судебное следствие, остается только гадать. Но знаменательно, что суд над питерскими "другороссами" так и продолжается в почтительной общественной тишине.

Что до прогнозов: обвинительный приговор нам кажется более чем реальным. Чтоб другим неповадно было.

...И вот напоследок то, о чем я часто думаю. Еженедельно в массовых российских СМИ выходят материалы о преступлениях и беззакониях советского режима. О, это так актуально! Это так смело — говорить о тех злодеяниях вслух.

Высуньтесь в форточку, спросите, какое тысячелетие на дворе.

Захар Прилепин

Материал - Огонек

Сверху - Подсудимые и их супруги у здания Выборгского федерального суда с Эдуардом Лимоновым, фото Сергея Чернова