2010-03-02
Димитрий Саввин
Сербский тест на кремлевскую вшивость
Кончился, наконец-то, захватывающий, но уже малость поднадоевший сериал «Выборы на Украине». Наконец, присягнул Янукович на Евангелии, махнул в Верховной Раде булавой и получил корочку, удостоверяющую, что он самый что ни на есть настоящий президент. Весь российский политологический серпентарий, наконец, отвалился от этой темы, из которой, кажется, высосано было почти все. Но, пока Киев развлекал нас ремейком собственных выборов, вызывавших у российской оппозиции такую же затаенно-восторженную зависть, какую у граждан СССР вызывали телевизионные картины изобилия в американских супермаркетах, очень мало было сказано о других событиях на внешнеполитическом горизонте.
Тем не менее, на планете осталось все-таки одно место, где РФ ждут и где на РФ надеются. Это место – Сербия. И именно там происходили на протяжении последних примерно полугода события, которых многие, особенно на фоне украинских выборов, не заметили.
После того, как в 1995 г. закончилась гражданская война в Югославии, сербы оказались побежденной стороной (в том числе, и благодаря позиции незабвенного ЕБНа). Республика Сербская Краина была уничтожена, ее территория, зачищенная от сербов, вошла в состав Хорватии. Единственное, что удалось удержать сербам – это часть своих земель в Боснии. Новая государственная структура независимой Боснии и Герцеговины (БиГ) состоит из двух энтитетов – мусульмано-хорватской Федерации Боснии и Герцеговины и Республики Сербской (РС). Закрепленная мирным договором в Дейтоне, эта система, при всем своем несовершенстве, защищала худо-бедно права боснийских сербов. Кроме того, Республика Сербская в целом в большей степени, чем «большая Сербия», остается оплотом сербского национализма. (Что, в условиях постоянной конфронтации с мусульманами, совершенно естественно и логично.) В силу этого сербский энтитет в БиГ является для НАТО и мусульман своего рода не взятой высотой. Которую, естественно, надо взять. После того, как в 2008 г. албанцами была провозглашена «Республика Косова», к вышеупомянутой «не взятой высоте» добавилась еще одна – сербские анклавы в Косово и Метохии, а главное - северные косовские территории, где сербское население преобладает. (До настоящего времени север Косово не контролируется в полной мере албанским приштинским правительством.)
Как это всегда бывает на Балканах, самые различные политические течения и интересы образуют здесь весьма пестрый узор. Среди боснийских мусульман давно уже популярна концепция Алии Изетбеговича, а именно: создание «великой исламской федерации от Марокко до Индонезии, от Тропической Африки до Средней Азии» (см. его «Исламскую Декларацию»). Эта идеология идеально стыкуется с пантюркистскими, а точнее, неооттоманскими амбициями Турции, охотно покровительствующей своим «младшим братьям» и (об этом в Стамбуле очень хорошо помнят!) бывшим подданным на Балканах. Несколько необычным является то, что в тактическом отношении эти устремления отвечают также интересам США. Новообразованные и слабосильные мусульманские государства Балкан (та же «Косова») оказываются невольно чужаками для Европы, население которой весьма настороженно относится к усилению исламского влияния. В этой ситуации, объективно, такие новодельные мусульманские страны клонятся в сторону Вашингтона, становясь проводниками американского влияния. К этому надо добавить, что союз с мусульманами в балканской игре является традиционным и для германской политики; и ФРГ этой традиции следует. Что же до объективных союзников сербов, например, православной Греции, также весьма озабоченной усилением албанского влияния (не следует забывать, что албанские сепаратисты претендуют и на ряд территорий на севере Греции), то их явно не хватает для того, чтобы потягаться на равных с масштабной сербофобской коалицией.
На протяжении последних лет американцы и мусульмане стали все более активно проталкивать концепцию унитарной боснийской государственности. В конце 2008 г., после победы Обамы, один из авторов Дейтонских соглашений Ричард Холбрук публично призвал к их пересмотру, выразив «озабоченность» территориальной целостностью Боснии и Герцеговины. Разумеется, централизация БиГ, о которой рассуждал Холбрук, в настоящее время может быть осуществлена только за счет сербов. Коротко говоря, Республика Сербская, последний рубеж, который удалось отстоять сербам в ходе гражданской войны, должна быть уничтожена (де-факто, а в идеале и де-юре). Со своей стороны, боснийские сербы стали готовится к референдуму, в ходе которого должна быть четко определена позиция РС относительно всех «централизаторских» инициатив. Теоретически может быть поднят вопрос даже о выходе Республики Сербской из состава БиГ. С учетом всех возможных юридических «рогаток», референдум этот может состояться летом текущего года.
Ответ антисербских сил был более чем определенным. «Если Милорад Додик (премьер-министр РС, – Д.С.) решит провести референдум об отделении, я пошлю войска, чтобы разделить регион, населенный боснийскими сербами», – так 18 января сего года отозвался на происходящие события теперь уже бывший президент Хорватии Месич. Не менее интересно и то, что это прощальное «прости» Месича почти ни у кого не вызвало резко отрицательной реакции. (А ведь это, согласитесь, будет покруче «героя Украины» для Бандеры!) Вашингтон и Брюссель, со своей стороны, от подобной риторики на официальном уровне пока воздерживаются, но недвусмысленно дают понять, что они намерены РС задавить. Последнее заявление об «обеспокоенности» на сей счет, прозвучало 25 февраля из уст Хиллари Клинтон.
Одновременно антисербская коалиция активизировала свои усилия и на косовском направлении. Давление на северную часть Косово и Метохии на протяжении последних двух лет постоянно возрастало. А 13 февраля произошло, без преувеличения, знаковое событие: епископ Рашко-Призренский и Косовско-Метохийский Артемий был отстранен от управления епархией согласно решению Сербского Синода. Официально - по причине финансовых злоупотреблений его приближенных (самого Владыку обвинить пока что не решились). Однако поверить в это трудно. Именно епископ Артемий является самым последовательным противником независимости Косово и самым ярым и бескомпромиссным обличителем этнических чисток сербов, начавшихся на косовской земле после ухода югославской армии. Кроме того, епископ Артемий находится непосредственно в Косово. Благодаря ему были осуществлены некоторые важные инициативы, позволяющие выжить малому остатку косовских сербов. Так, именно Владыка организовал бесплатные кухни для сербского населения, без которых многие сербы были бы вынуждены либо покинуть Косово, либо просто умереть с голоду. Епископ Артемий давно уже стал символом сербства в Косово и Метохии, и, как следствие, бельмом на глазу и у албанцев, и у миссии ЕУЛЕКС, и у натовских «миротворцев». Сковырнуть его руками сербского же Синода (что, конечно, методологически наиболее грамотно) при покойном Патриархе Павле, видимо, было невозможно. Но после кончины «живого святого» (как нередко называли Павла), с избранием на патриарший трон склонного к братской любви с римокатоликами Иринея, дело было быстро обтяпано. Начавшееся гонение на Владыку Артемия означает, по всей вероятности, что Белград уже не имеет сил и желания бороться за удержания Косово и Метохии и скоро поднимет лапки кверху. А значит, скоро может последовать решительный бросок албанцев на север (при натовской поддержке).
В силу этого текущий 2010 год может стать годом, когда сербская нация потерпит окончательной поражение. Возможно и начало новой войны в Боснии и Герцеговине (ибо боснийские сербы прекрасно понимают, что они прижаты к стене и терять им, в общем, нечего), еще более вероятно окончательное подавление сербских анклавов в Косово. Сейчас на наших глазах на Балканах закручивается новый религиозно-этнический и геополитический узел. И те, кто его затягивают, явно не рассчитывают на полюбовный исход дела: они хотят этот узел разрубить.
Единственная помощь извне, на которую рассчитывают сербы, – это помощь от России. Там, в Республике Сербской и на севере Косово и Метохии, эмиссаров РФ еще ждут. (В отличие от Украины.) Потому хотя бы, что более ждать некого.
Активная политическая игра на Балканах в то время, когда там уж очень густо сгустились тучи, имеет для России огромное значение. Прежде всего, успешное включение в политические процессы в Боснии и Герцеговине и в сербском Косово будет хорошей заявкой на статус ведущей державы в Восточной Европе. Сейчас, когда в славянских восточноевропейских странах начинается переосмысление собственного исторического места и выбора (причем вновь уже звучат панславистские нотки), такая заявка могла бы стать идеальным началом для формирования в перспективе славяно-христианской оси, от Греции до Словакии и от Праги до Владивостока. Оси, в которой Россия могла бы играть не последнюю роль. В этом случае российская сторона вполне может позиционировать себя как защитницу традиционных европейских ценностей от исламской экспансии. И в Европе, в целом, такая заявка получит определенный позитивный отклик.
Средств, которыми можно было бы решить данную задачу, довольно-таки много. Тут и дипломатические демарши всех мастей (здесь, а не Зимбабве ради, надо чаще пользоваться правом вето в Совбезе ООН). Тут и оказание военно-технической помощи боснийским сербам в преддверии конфликта. Кроме того, очень хороших и со всех сторон выгодных результатов можно было бы добиться совсем уж малозатратными способами. Например, предоставить без всяких условий российское гражданство всем косовским сербам, которые этого пожелают. Причем тех, кто готов был бы селиться хуторами на русской земле и заниматься сельским хозяйством, наделять землей, снабжать кредитами, и т.д. Такой красивый жест надолго бы запомнился всему славянству – а это тоже стоит немало. Сербская, причем конкретно косовско-метохийская, диаспора получила бы дополнительный импульс к развитию. А наличие такой диаспоры, как хранительницы традиции, исходя из стратегической задачи возвращения славян в Косово и Метохию, чрезвычайно важно. Утопия? Может, я бы согласился с тем, что это утопия, если бы подобный проект уже не был однажды осуществлен. Причем именно в нашей достославной Эрэфии. В 1998-99 гг. в российскую Адыгею вывезли всех изъявивших на то желание косовских адыгов. Так что технически это не утопия, особенно если учесть, каков мог бы быть политический дивиденд.
Но вот по совокупности показателей это предприятие, как и все вышеописанное, утопия. На 99 %. Почему? Потому, что медвепутский режим прогнил и не способен решать даже те задачи, в которых он, казалось бы, заинтересован. Такой режим посылает бронетехнику на мирный митинг, но никогда не задействует ее для помощи тем же сербам. Все, что лежит за пределами распределения государственных и общественных богатств по номенклатурным и мафиозным карманам, просто находится вне зоны действия режимных структур. В целом, похоже на то, что теперь власти заинтересованы лишь в одном – продать все, что еще не продано в России, и быстрее сбежать. Ибо скоро запахнет жареным. И потому в тех событиях, весьма безрадостных, которые в скором времени ожидают боснийских и косовских сербов, роль эрэфных политиков сведется, скорее всего, к роли потасканных скоморохов, подрабатывающих проституцией. А относительно того, справедливы ли озвученные выше оценки, можно будет судить уже к концу этого года, по итогам балканских успехов российской дипломатии. Ибо именно там ей предоставляется, вероятно, последний шанс доказать, способна ли она хотя на что-нибудь. Такой проверкой на вшивость будет именно сербский узел, а отнюдь не фантомные достижения на Украине, где российской помощью никто уже особо не интересуется.
Так что ждем результатов теста.
Димитрий Саввин
