2009-05-26 Глеб Таргонский

18 мая 50-тысячная группировка правительственных войск Шри-Ланки закончила операцию в войне, которая с краткими перерывами велась с 1983 г. На севере страны, на полуострове Джафна, после взятия Муллаиттиву были окружены и ликвидированы основные силы тамильских сепаратистов из движения ТОТИ («Тигры Освобождения Тамил Илама»). На протяжении недели продолжались еще отдельные боестолкновения с разрозненными отрядами сепаратистов, скрывающимися в сельве, но исход операции и войны было уже не изменить. Регулярные силы установили уверенный контроль над последним очагом сопротивления, в ходе операции был убит бессменный лидер сепаратистов Велупиллай Прабахакарана.

Не успели затихнуть бои на севере Шри-Ланки, как «мировое сообщество» принялось делить шкуру убитого другими геополитического медведя, точнее тигра, используя для этого свои старые приемы и методы.

Так, Индия, имеющая в шри-ланкийском внутреннем конфликте свои интересы, принялась яростно защищать их от возможных конкурентов, например от Китая, с 60-х гг связанного со Шри-Ланкой прочными торговыми связями. Китай обвинили ни много ни -мало в сговоре с «империалистическим хищником» в лице США, в том, что КНР стремится сам стать активным империалистическим захватчиком в регионе и выговаривает у своего заклятого врага пресловутый Carte blanche. 21 мая после такой массированной атаки со стороны индийских СМИ Пекин сделал через Ма Чжаосюя официальное заявление о том, что между КНР и США не ведется никаких переговоров относительно разделения сфер влияния в Тихом и Индийском океанах.

Между тем, США, нисколько не оглядываясь на шум из Дели, продолжает проводить свою внешне противоречивую, но по-настоящему монолитную политику относительно Шри-Ланки – географического центра северной части Индийского океана. Умело манипулируя как чаяниями побежденной тамильской стороны («распиарив», например, акцию 18 мая в Лондоне, когда тамилы в знак «скорби и отчаяния» блокировали Вестминстерский мост), так и чаяниями «федералистов» (упирая через ООН на то, что ТОТИ является именно террористической организацией в одном ряду с одиозной Аль-Каидой), Белый дом вновь пытается расшатать ситуацию, дабы затем, в открывшуюся геополитическую брешь ввести верных проводников своих планов в регионе.

Мировой полицейский (или жандарм) в регионе остался, и этот полицейский теперь будет «склонять к сотрудничеству» победителя в войне. Уже разыгрывается методика работы через плохого полицейского (Англия), который взял под свое крыло остатки тамильского националистического подполья, и полицейского хорошего (США), которое поет соловьем о недопустимости кровопролития в регионе. С третьей стороны в сторону Шри-Ланки грозит дубинкой «младший инспектор» в лице официального Дели, который на протяжении более 30 лет поддерживал тамильских сепаратистов.

Естественно, в политэкономической подоплеке сильным мира сего «глубоко и с прибором» на все народы, населяющие остров: и на тамилов, и на сингалезов, и на другие этнические группы. Важно заставить страну, которая из-за тяжелой войны, не вылезала из долговой ямы, не покидать того полуколониального места, которое ей назначено Долларом Всевышним в мировой системе.

Россия в этом конфликте не занимает никакого места. Отдельные дипломаты, торговые работники или «спецы» серьезной силы не представляют. Бакшиш с местных предприятий для российских предприятий «нерентабален» (поставляли бы чай, да туристический сервис не забрасывали – и ладно!), лезть в далекий регион, да еще и подальше от нефтяной сиськи, тоже особого желания нет. Об «интернациональной солидарности» благополучно, под смех и улюлюканье забыли, отдав этот важнейший спектр политического взаимодействия на откуп другим. Поэтому и СМИ наши освещали (если освещали вообще) последние события под виньеточкой в стиле николаевской России: «битвы дикарей в райских заморских краях».

СМИ полагают, прочитав волю в глазах прямых и безоговорочных хозяев, что тема войны на Шри-Ланке для россиян скучна, неинтересна и малопознавательна. То ли дело Евровидение, где победила живая ностальгия Восточной Европы по респектабельным брежневским бровям!

Впрочем, смех смехом, а тот, кто в свете последних событий заинтересовался новейшей историей Шри-Ланки, открыл для себя много ценного, в том числе и ценного практически, того, что можно применить и для анализа сегодняшней политической ситуации в России.

История «тамильского конфликта» свои корни имеет в колониальном прошлом острова. После того, как остров, погрязший в феодальной раздробленности и файде, ослабленный ею до состояния «лоскутного одеяла», в 16 веке покорили португальцы, Шри-Ланка (прозванная с легкой руки заморских владык Цейлоном) являлась чем угодно (и переходящим призом колониальных держав, и островом-плантацией, и военно-морской базой), но только не независимым государством с зажиточным, сытым и счастливым населением, к чему, надо отметить, располагали и климат, и торговое положение, и трудолюбивое население с многовековой цивилизацией.

В 1602 г. у берегов Цейлона появился первый корабль «молодой акулы» биснеса эпохи первоначального накопления капитала – Голландии. За полвека в результате боев, основными войсками обеих сторон которых были местные «коллабрационисты», голландцы полностью очистили остров от политического и религиозного противника. В 1658 г. последняя крепость португальцев на острове была взята. С этого момента голландцы контролировали большую часть острова, имели монополию на торговлю корицы, гасили в крови народные восстания. Но империи имеют обыкновения угасать от экономической чахотки и падать от «апоклептического удара табакеркой в висок». В 1798 г. голландский глобализационный проект Ост-Индская компания был ликвидирован с долгом в 120 млн. флоринов. К тому времени сама Голландия была оккупирована французскими революционными войсками, что дало Англии «основания» для пересмотра колониальной системы. С 1795 по 1802 гг., не спеша, время от времени отвлекаясь на другие направления, британцы присоединили Цейлон к своей империи.

В век зарождения капиталистической специализации стран (когда большинство стран Латинской Америки, Африки и Азии были «монокультурными», т.е. поставляющими только один товар, а чаще – сырье, на мировой рынок, лишенными своей промышленности и права на экономическую и политическую волю), Цейлону была уготовлена роль сперва поставщика корицы, затем (с 30-х гг. ХIХ в.) – кофе, а к началу ХХ в. – знаменитого цейлонского чая. Такое положение дел, обеспечиваемое военным диктатом колониальных властей, приводило к жестокой и стремительной пауперизации населения и крайней нестабильности экономики острова. Так, в начале 1870-х гг., когда Цейлон был одним из главных мировых поставщиков кофейных зерен, из-за появления кофейного жука сотни тысяч цейлонцев оказались за чертой полуголодного существования.

В конце ХIХ, начале ХХ в. британские власти, стремясь получить более дешевую рабочую силу (и, что самое главное – более безмолвную и забитую), необходимую для эксплуатации чайных плантаций, стали переселять из южной Индии рабочих из кули. Это и были предки сегодняшних сепаратистов.

К 60-м гг. ХХ в., то есть к историческому моменту крушения колониальной системы и установлению в большинстве новообразованных стран теперь уже «неоколониального» порядка (который западные теоретики и наши «ученые повторюшки» почему-то упорно зовут глобализацией), этническая картина Шри-Ланки была следующей: около 70 % населения острова составляли сингалезы, 20 % - тамилы (которые разделялись на цейлонских тамилов, т.е. потомков вторгнувшихся в 13 в. и сильно ассимилированных завоевателей, и тамилов индийских, т.е. тех, кого переселили английские плантаторы), остальное население – это цейлонские мавры (или муры – потомки арабских и персидских торговцев), бюргеры (потомки от смешанных браков цейлонцев и голландцев) и другие этнические меньшинства.

Получив независимость, Шри-Ланка, во главе которой встали откровенно националистические и шовинистические сингалезские партии, не решила важнейшую проблему, которая потом вскрылась кровавым сгустком гражданской войны. Индийские тамилы не получили гражданства и оставались, без сомнения, самой нищей и угнетенной нацией острова. По-прежнему работая в тех же самых ужасных условиях на плантациях, они были лишены необходимых социальных и политических прав, местами и временами превращаясь в касту изгоев. Положение еще более усугублялось религиозным различием сингалезов и тамилов. Если первые были буддистами, то вторые – индуистами.

Лишь одна сила до 70-х гг. выступала за национальное равноправие жителей острова. Это был союз социалистических и коммунистических партий. Но, к сожалению, влияние их было ограничено – зачастую они сами становились жертвой преследований властей. Британцы, сохранившие за собой контроль над значительной частью экономических предприятий Шри-Ланки, продолжали влиять на политику извечным имперским принципом «divide et empera». Разжигание вражды между национальности стало основой британской политики в бывшей колонии. Ее же взяли на вооружение стремительно вторгающиеся в Индокитай и Южную Азию американцы. С одной стороны, разжигание гражданской войны той или иной степени напряженности всегда ослабляет страну и открывает большие возможности для интервенции, с другой – продажа оружия и снаряжения воюющим сторонам дает огромную прибыль, с третий – в ослабленной стране, где власть делят между собой хунты и хунточки с идеологическим мышлением уровня раннесредневековой файды, всегда будет меньше шансов получить социалистическое массовое движение.

Между тем политика сегрегации тамилов привела к тому, что в 70-е гг. оформилось первоначально национально-освободительное движение меньшинства, угнетаемого по всем трем социально-коммуникационным направлениям: экономическом (тамилы были своего рода «гастарбайтерами навечно», хотя минуло минимум три поколения индийских тамилов, выросших на Шри-Ланке), политическом (напомним, что тамилы были лишены элементарных политических прав и свобод), идеологическом (основанным главным образом на разнице религий).

Во главе с харизматичным Велупиллаем Прабахакараной появилась политическая организация, выражающая интересы тамильского меньшинства. Она стремительно увеличивала численность, противостоя националистическому правительству Шри-Ланки во главе с буржуазной ОНП («Объединенная национальная партия» - аналог нашей «Единой России», только более националистически направленная).

Стратегическая ошибка тамильской партии, впоследствии оформившаяся под именем ТОТИ, заключалась в том, что она практически полностью отказалась от социалистической программы, отказалась от союза с образованным в мае 1977 года Объединенным Левым фронтом (ОЛФ), где ведущую позицию занимала Коммунистическая и Социалистическая партии Шри-Ланки (кстати сказать – старейшие в стране). В итоге, тамильские националисты лишили себя союзников, обратившись к Индии, имеющей на Шри-Ланку империалистические виды. Подпитываемые оружием и радикальными идеями, они и не заметили, как их национализм превращается в шовинизм, не отличимый от шовинизма сингальских заправил.

Начавшаяся в 1983 г. война, которая унесла от 65 до 120 тысяч людей, стала одной из самых кровавых войн 2000-х гг. (по числу жертв ее «обгоняет» только Ирак), привлекла внимание и США, и Англии. Оружие потекло рекой к обеим противоборствующим сторонам. Длинная, партизанская с обеих сторон война, заслуживает особого изучения.

Сосредоточимся на главном: наличие кровавого конфликта на острове давало США, Британии и Индии возможность свободно контролировать потоки оружия и потоки нестабильности в регионе, спасая себя от столь стремительно надвигающейся новой «красной угрозы» 1990-00-х гг. (например, в лице индийских маоистов-наксалитов).

И сейчас, когда конфликт, казалось бы, исчерпан, своими пассами Вашингтон, Лондон и Дели дают понять, что мир в регионе им не нужен. Что снова на базе справедливых национально-освободительных движений будут создаваться химеры шовинизма, уничтожающего «и правых и виноватых», снова нестабильность станет главным оружием против процессов движения за независимость от гнета неоколониализма-«глобализма». Снова мы видим, как из подоплеки официальных заявлений испаряется напускной гуманизм, испаряется быстро и мерзко, как моча в подъезде.

Шри-Ланка хочет мира. Ее может дать только планомерная политика по ликвидации остатков сегрегации тамильского населения, для необходимого единения нации против ее мнимых «друзей». Новое, по преимуществу социалистическое правительство, закончившее долгую гражданскую войну, имеет необходимый для этого исторического шага потенциал. Будем надеяться, что на Шри-Ланку, страну, которая, по словам А.П. Чехова, есть «место, где был рай», после стольких лет кандалов и крови, вернется мир. Мир для всех, мир, который научит, возможно, и наш народ, великому искусству быть свободными.

Глеб Таргонский