2009-01-12 Лоуренс Месопотамский

В Ираке появились туристы: речь идёт не об американцах, а о настоящих туристах. Туристическая виза на 15 дней стоит 81 доллар. Получить ее простому человеку почти невозможно. Однако тем, кто въезжает в Ирак через пограничный переход Хабур иракского Курдистана, курдские пограничники бесплатно и без всяких вопросов ставят штамп в паспорт. С ним можно, если нужно, проехать и в арабскую часть страны. Столь элегантным методом курдские власти ограничили возможность Багдада вставлять палки в колёса турецким коммерсантам, активно торгующим через этот приграничный переход. За день там проходит товаров на 5 миллионов долларов.

- Для турков в Багдаде опасности нет, - авторитетно заверили меня в Анкаре, намекая на отрицательное отношение турецкого руководства к оккупации Ирака. - И вы, русский, тоже можете спокойно поехать в Багдад, никто вас там не тронет.

Достаточно многочисленны в Ираке и иранские туристы, посещающие священные для шиитов города Наджаф и Кербела. - Это сейчас вполне безопасно, - сказал мне бывавший там иранский паломник. Карты Ирака и Багдада, которые я покупал в иракских магазинах, тоже носят наименование туристских, и оформлены они со смешными рисунками, как и положено по законам жанра.

Соответствующие структуры курдской автономии Ирака создали сайт, где рекламируются туристские достопримечательности этой части страны. На нём можно найти ссылку на форум, где западные туристы, впрочем, не слишком многочисленные, делятся впечатлениями и советами. Некоторые из них даже рискнули проехать на такси из Эрбиля в Сулейманию (большие города иракского Курдистана) по кратчайшей трассе, которая проходит через окраины Киркука (арабская часть Ирака), и они красочно расписывают полученный адреналин. В арабскую часть страны, однако, ни один из них проехать не осмелился.

На пограничном переходе турецкие пограничники упорно допытываются, что я буду делать в Ираке.

- Турист, еду в Эрбиль (столица курдской автономии).

- Может быть вы журналист?

- Просто турист, хочу посмотреть достопримечательности.

У пограничников я вызываю недоумение и подозрение, они вызывают начальство, и их можно понять. К западным туристам, как те писали на форуме, на турецкой стороне границы не возникает никаких вопросов. Но что делать русскому в Ираке?

Впрочем, я знаю, что не пропустить они меня не могут, так как я могу оказаться контрактником, который хочет завербоваться на "деликатную" работу. Если они "затормозят" такого туриста, то завтра у них могут быть неприятности с американцами:

- К нам ехал наниматься нужный человек, с опытом войны в Чечне, а вы его не пропустили. Ну и что, что он представился вам туристом? А кем ему представляться, специалистом по забиванию чеченцам иголок под ногти, что ли? Если ещё раз это повторится, в ваших маслинах, экспортируемых в США, могут случайно обнаружить или гербициды, или пестициды...

Из курдской автономии я еду в Багдад обычным рейсовым автобусом. Как это ни странно звучит, это более безопасный вид транспорта, чем такси - здесь всё на виду, есть множество свидетелей.

Я впервые был в Ираке осенью 2003 года, через полгода после оккупации страны. Тогда езда по иракским дорогам не представляла проблем, автобус быстро и без остановки мчался по шоссе. Когда я покидал страну, то рано утром выехал из Багдада, а вечером уже был в Турции. Сегодня транспорт движется медленно - везде блокпосты и проверки документов, и на ту же дорогу требуется два дня, с ночёвкой в Эрбиле.

Курдистан и некоторые прилегающие к нему районы контролируют курдские вооружённые формирования. Они проверяют у нас документы, роются в моём багаже. После Киркука контроль осуществляют иракские военные, которые скорее создают видимость работы. Очередной иракский блокпост, входит молодой парень в красном берете.

- Ой, - возмущаются женщины на первых креслах автобума, - ну сколько можно? Нас уже в Киркуке так проверяли, так трясли!

Парень смущённо заулыбался и вышел, автобус едет дальше. Проверить весь транспорт, который идёт в столицу и обратно, просто невозможно.

Багдад. За пять лет здесь изменилось всё. Специфика этого города заключается в следующем: большая часть населения иракской столицы бежала за границу, и Багдад стал мёртвым городом. В центре столицы, по моим приблизительным оценкам, брошено от 80 до 90% квартир. Возможно, в трущобных окраинах, где люди не в состоянии оплатить переезд своей семьи в соседние арабские страны, процент оставшихся выше.

Рядом с моим отелем ресторан, в зале на стене нарисована огромная картина, где художник запечатлел Саадун, главную улицу Багдада (аналог Тверской или Невского проспекта) в старые добрые времена. Это ностальгическое изображение райского времени притягивает сегодня в ресторан посетителей. Сегодня на Саадун, где расположены знаменитые отели Палестина и Шератон, закрыта большая часть магазинов. Прилегающие переулки, где ещё пять лет назад бурлила жизнь, превратились в жуткие трущобы.

В оставленном без присмотра жилье разбиты окна, а там, где ещё живут люди, нет ни света, ни водопровода. Мусор не убирается, в центре города огромные свалки мусора, кое-где видны зеленовато-синие подтёки из прорванных канализационных труб.

Очень заметна маргинализация населения. Стало мало элегантно одетых мужчин и тех, кто хорошо говорит на английском. Прямо на тротуаре Саадун на мангалах жарят кебабы, а негры, выходцы из арабского Судана, продают с лотков дешёвое тряпьё. Закрыты все интернет-кафе, где я бывал пять лет назад. Тем, кто ещё остался в городе, Интернет не нужен, они плохо понимают, что это такое.

В своё время экономические санкции ООН привели к почти полному отсутствию импортных товаров. Но огромная рать багдадских портных и сапожников одевала и обувала народ, а старые веши, например, холодильники, автомашины или телевизоры бережно ремонтировались в мастерских. Я присматривался тогда, не купить ли мне за 50 долларов новый кожаный пиджак иракского пошива в респектабельном магазине. В многочисленных фотомагазинах на Саадун в изобилии перепродавались старые фотоаппараты, включая отечественные Зоркий и Зенит. Сегодня лавина китайского и турецкого импорта, а также мешки с "гуманитарной помощью" - second hand - задушили местное производство. Ассортимент товаров стал похож на таковой на любом дешевом российском рынке.

Район отелей среднего класса, где я жил в Багдаде пять лет назад, расположен в престижном квартале рядом с Саадун. Переулок, по которому вёз меня тогда таксист, сегодня непроезжий из-за рытвин и ям. Часть отелей закрыта, и чёрные оконные провалы зияют вместо давно выбитых окон, рядом - мусорные свалки.

Пять лет назад я видел, как американцы, проезжавшие по Саадун, остановили свой Хаммер (лёгкая бронемашина) и направились в магазин, где продавались охотничьи ружья и холодное оружие ручной работы.

- Салям Алейкум! - радостно выбежал им навстречу хозяин. По его реакции было видно, что американцы являлись его регулярными покупателями. На улицах городов часто можно было увидеть пешие американские патрули. Сегодня я за всё время пребывания так и не увидел на улицах Багдада ни одного пешего американца - за ними охотятся снайперы.

Раньше американцы разъезжали исключительно на Хаммерах первых выпусков. Сегодня их, устаревшие, передали иракской армии, и они обязательно носят иракскую символику, которая означает: мы свои, иракцы, не взрывайте нас!

Американцы разъезжают на тяжёлых бронемашинах со специальной защитой от кумулятивных зарядов, а новые, "навороченные" Хаммеры без всяких опознавательных знаков имеют усиленную броню. Приходилось видеть и специальные машины с манипуляторами для обезвреживания обнаруженных фугасов. Ещё одна американская новинка - впереди бронемашин на полутораметровом штыре укреплён большой металлический прямоугольник, предназначенный для того, чтобы "обмануть" инфракрасный датчик мины направленного действия относительно точного расположения машины.

Правда, сегодня интенсивность атак на американцев резко снизилась. В преддверие президентских выборов в США с главными повстанческими организациями Ирака были заключены секретные соглашения о перемирии на очень выгодных для них условиях. Все готовятся к скорому уходу американских войск.

Я живу в трёхзвездочном отеле, где обветшалые мраморные лестницы и блеск потолков свидетельствуют о былой роскоши. По иракскому телевидению крутят дублированные любовные турецкие сериалы и бесконечные песни. Впрочем, смотреть спутниковое телевидение (обычного в стране просто нет) могут лишь те, кто имеет собственный генератор. Холодильник размораживается в отсутствие тока, и вода подтекает на ковёр, судя по всему, не первый год. В моём номере дня через три дня пропал свет - случилась какая-то неисправность с локальной проводкой. Как-то захлопнулась дверь в туалетной кабинке, где не было внутренней ручки, и я полчаса пытался достучаться или докричаться, чтобы меня открыли снаружи. А вот вода была всегда, даже горячая: три звёздочки багдадского отеля в фешенебельном районе города ко многому обязывают.

После заключения перемирия с повстанцами, для туриста в Багдаде сегодня смертельной опасности нет, но необходимо соблюдать ряд предосторожностей. Не селитесь в самых дешёвых отелях, куда приезжает всякий сброд, и не выходите из отеля ночью. Найдите за приемлемую цену личного гида и переводчика, говорящего на английском языке. Не разговаривайте громко по-английски без особой необходимости, особенно на базаре. Вы почувствуете на себе, что такое военное положение, пройдёте через множество проверок документов и обысков... Неутолённая жажда авантюр заставляет одних парней играть в пейнтбол, других резаться в компьютерные игры, третьих - смотреть фильмы в стиле "экшн". Но для мужчины есть нечто очень притягательное в поездке в Ирак, и на собственном опыте могу засвидетельствовать, что ничто не идёт в сравнение с ощущением атмосферы партизанской войны.