Другие обозреватели напоминали, что на прошлых выборах патриарха покойный Алексий победил тогдашнего местоблюстителя митрополита Киевского и всея Украины Филарета, отчего тот так обиделся, что отколол от Русской Православной Церкви часть приходов. Зато Алексий, как и его предшественник - патриарх Пимен - успел поработать на важнейшей должности Управляющего делами Московской патриархии, которым ныне является митрополит Калужский и Боровский Климент. Отмечается, что в последние годы именно Климент считался фаворитом и патриарха, и президента Владимира Путина, сопровождая их в зарубежные поездки, положенные по рангу главе ОВЦС.
Кроме того, Кирилл выступил против участия религиозных деятелей в Общественной палате, и вместо него там оказался управделами патриархии. Репутация местоблюстителя изрядно пострадала, когда патриаршье внешнеполитическое ведомство уличили в торговле водкой, сигаретами, алмазами и прочим доходным товаром. (Лишь на куреве и только за 1995-96 гг. отдел заработал 98 миллионов рублей). Наконец, есть мнение, что большинство избирающих первосвященника РПЦ иереев побаивается решительного и властного Кирилла, как опасались лидеры компартии Троцкого в 1924 году и Берию в 1953-ем. Поэтому вполне возможно избрание того же Климента или хозяина крупнейшей в России епархии митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия.
Куда меньше шансов у зарубежных иерархов - киевского митрополита Владимира, минского Филарета и управляющего казахскими приходами Мефодия. Если же ни одна кандидатура не получит решающего перевеса, есть вариант поставить патриархом главу Ленинградской и Ладожской епархии Владимира. Ему через несколько месяцев 80 лет исполнится, а там глядишь и расклад сил окончательно определится.
Гадать на кофейной гуще можно бесконечно, но смысла сей увлекательный процесс не имеет ни малейшего. Все основные кандидаты по сути один и тот же клан, имеющий общую экономическую и духовную основу. Разумеется, отдельные члены клана могут искренне ненавидеть и сживать друг друга со света, но курсом пойдут единым. Суть этого курса та же, что и у кремлёвской верхушки - зарабатывать огромные деньги через максимальную интеграцию в международные структуры, а дорогим россиянам, чтобы не ворчали, виртуозно вешать на уши патриотическую лапшу. Для этого владыка Кирилл ещё 11 лет назад призывал сделать РПЦ «полноправным субъектом рыночной экономики», руководитель Штаба гуманитарной помощи при ОВЦС, тогда ещё архиепископ Климент ассистировал ему в табачном бизнесе, а в Петербурге сигаретами бойко торговало действовавшее под рясой митрополита Владимира ООО "Возрождение".
Налаживать связи с сигаретной корпорацией «Филипп Моррис» и прочими западными концернами куда проще, если ты свой человек для тамошних хозяев мира сего и способствуешь выгодной им глобализации. Религиозной её составляющей уже не первое десятилетие является экуменизм, то есть движение за слияние христианских (а в последнее время и не вполне христианских) церквей. Внедрил его к нам духовный учитель Кирилла и Ювеналия митрополит Никодим, возглавивший в 1960 году Отдел внешних церковных сношений, в 1963 году - Ленинградскую епархию, а в 1975-ом ставший президентом ведущей экуменистской организации мира – Всемирного Совета Церквей. Свои религиозные убеждения Никодим демонстрировал столь же откровенно, что и его ученик свои экономические воззрения.
«Процесс вхождения Церквей в экуменическое содружество в основном близок к завершению, - писал владыка в «Журнале Московской Патриархии» под номером 4 за 1974 год, комментируя заседание Центрального Комитета ВСЦ в Женеве. - Радость роста иногда граничила с искушением преждевременно провозгласить Всемирный Совет Церквей «сверхцерковью» или Вселенским Собором».
Преждевременно, значит, не надо, а когда настанет время - так в самый раз? Подчёркиваю: речь идёт не о мирном сосуществовании различных религиозных конфессий и не об уважении к чужой вере. Перед нами проект создания невообразимого в своём уродстве мутанта равно враждебного как верующим, так и атеистам. Эдакое религиозное воплощение бреда шолоховского Макара Нагульнова, мечтавшего о временах, когда в мире не останется ни белых, ни негров, ни азиатов, а все будут «приятно смуглявенькими». И, разумеется, лишёнными «традиционной привязанности к стране, общине, семье», как обещает нам в подозрительно напоминающей фрагменты Апокалипсисажутковатой утопиибывший президент Европейского банка реконструкции и развития Жак Аттали.
Слова прогрессивных иерархов не расходятся с делом. Никодим ещё в 1969 году пробил для католиков право причащаться в православных храмах, а Кирилл лично участвовалв экуменистской литургии, надёрганной по кусочкам из различных религиозных обрядов. Превращению планеты в огромный пруд мутной воды, из которой выуживают рыбу транснациональные корпорации, синтетическая псевдорелигия соответствует идеально.
Плохо разбирающие в проблемах веры советские вожди способствовали присоединению Православной церкви к ВСЦ, думая расширить своё влияние, но, пойдя по шерсти, вернулись остриженными. После того как Ленинградская духовная академия силами Никодима и его ватиканских друзей типа иезуита Мигеля Аранца превратилась, по словам владыки, в «лабораторию мировой экуменистской мысли», и батюшки оттуда стали выходить соответствующие. Одни храмы в торжища превращают, другие под Ватикан переходят, третьи помогают бывших единоверцев из украинских храмов вышибать. Дело находится всем!
Помощников себе никодимовцы подбирают соответствующих. Например, одним из подчинённых митрополита Климента является пресс-секретарь Московской патриархии Владимир Вигилянский. Приверженность общечеловеческим ценностям бывшего корреспондента «Московских Новостей», «Огонька» и «Нью-Йорк Таймс» проверена десятилетиями и неплохо стимулируется. Сам заместитель Чубайса и нынешний сопредседатель подкремлёвско-либерального «Правого дела» Леонид Гозман вручал супруге Вигилянского 50 тысяч долларов, согласно официальной версии - за поэтические достижения.
Истинным либералом является и другой приближенный к патриархии эксперт, уголовник Дмитрий ЯкубовскийКогда администрация Православного университета Святого Апостола Иоанна Богослова отбилась от столь колоритного сотрудника, он стал преподавателем кафедры права главной кузницы церковных кадров – Московской Духовной академии.
В середине 90-х птенцы гнезда никодимова чувствовали себя не слишком уверенно, поскольку их постоянно атаковали внутрицерковные консерваторы. Но деньги, помощь дружественных гэбэшников, интриганские таланты и врождённая способность к мимикрии сделали своё дело. Теперь митрополит Кирилл распинается в необходимости хранить традиции православия и однажды даже отслужил панихиду на могиле ненавистного лидера ортодоксального течения РПЦ владыки Иоанна. Остальные не столь активны, но тоже успешно лепят себе репутацию истинных патриотов и хранителей веры. Газеты и сайты православных традиционалистов либо задавлены, либо принуждены к лояльности, а критика либералов часто лишь помогает формированию образа. Поэтому нет ни малейших сомнений, что при любом исходе голосования изберут кого надо. То есть истинного общечеловека с торгашеской психологией, прикрывающего свою суть державной болтовней.
Правда, державность получается даже более робкая, чем у кремлёвских чекистов и юристов. Те, в конце концов, Абхазию с Южной Осетией признали, а на патриаршем подворье от тамошних приходов, желающих перейти под юрисдикцию РПЦ, отпихиваются как чёрт от ладана. Столь же робкой остаётся политика ОВСЦ и на Украине, где, несмотря на все подписанные с Ватиканом соглашения, униаты захватываю один храм за другим, да и православные приходы Московской Патриархии угрожают уйти в свободное плавание. Ослабли позиции в Эстонии и дальнем зарубежьев самой России растёт количество православных с взглядами, мало отличающимися от диомидовских, а у официозных пропагандистов всё чаще ум за разум заходит.
Уж на что Андрей Кураев опытный пиарщик, так и он объясняет путинятам, что Россия всё равно обречена и главное - успеть передать православие, и заодно Сибирь китайцам! Нет никаких сомнений: начнись в стране серьёзная заваруха, оникодимленная церковная верхушка сыграет свою роль в её деморализации и расчленении. Не хуже, чем иерархи Сербской Православной Церкви на территории бывшей Югославии.
