 |
|
| ГЛАВНАЯ |  |
НОВОСТИ | |
ПУБЛИКАЦИИ | |
МНЕНИЯ | |
АВТОРЫ | |
ТЕМЫ |
| Среда, 18 марта 2026 | » Расширенный поиск |
 Референдум от Лукавого
Почему результаты плебисцита от 17 марта 1991 года о сохранении СССР оказались противоположными декларируемым?
Казалось бы, вопрос о прошедшем 35 лет назад референдуме является сегодня предметом общего согласия в России. Народ свое мнение высказал, более 70% избирателей одобрили существование Союза, который затем незаконно был ликвидирован в Беловежской пуще. Президент Владимир Путин говорил, что «последние руководители Советского Союза, вопреки прямому волеизъявлению большинства людей на референдуме 1991 года, развалили нашу великую страну, поставили народы просто перед фактом». Такой же точки зрения придерживаются коммунисты, русские патриоты всех сортов и даже некоторые либералы. Как ни странно, о необходимости сохранения СССР высказывался даже Григорий Явлинский. Но соответствовало ли этой цели голосование 17 марта 1991 года? Дьявол – в деталях Идея его проведения зародилась у президента СССР Михаила Горбачева осенью 1990-ого. На тот момент уже большинство союзных республик, включая РСФСР, приняли декларации о независимости. Вовсю шла война в Нагорном Карабахе, беспорядки на этнической почве начались в Закавказье, в Средней Азии, в Молдавии. Кроме того, Горбачева атаковал глава Верховного Совета РСФСР Борис Ельцин, с подачи которого свои декларации о суверенитете стали принимать регионы России. Президенту было необходимо сконцентрировать утекавшую из рук власть, уесть Ельцина, повысить собственную легитимность как главы «союзного центра». Сделать это было решено в модном демократическом духе: а давайте спросим у народа. 24 декабря 1990 года 4-ый съезд народных депутатов СССР принял постановление о всесоюзном референдуме. Вопрос в итоге был сформулирован так: «Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантированы права и свободы человека любой национальности?» Как видно, в формулировке уже заложены противоречия: единое государство не может быть союзом суверенных республик. Либо их суверенитет будет фиктивным, либо это будет в лучшем случае рыхлая конфедерация. Далее. Республикам было разрешено выносить на голосование свои формулировки, а также проводить параллельно собственные референдумы. В итоге в России голосовали также об избрании всенародным голосованием президента. На Украине вопрос был поставлен так: «Согласны ли вы с тем, что Украина должна быть в составе Союза советских суверенных государств на основе Декларации о государственном суверенитете Украины?» Что само по себе звучало абсурдно. Аналогично - в Казахстане: «Считаете ли вы необходимым сохранение Союза ССР как Союза равноправных суверенных государств?» Потом даже возникла дискуссия, можно ли вносить итоги голосования по республике в общие итоги референдума. Таким образом, Леонид Кравчук и Нурсултан Назарбаев использовали референдум по сохранению СССР для прямо противоположного результата – легитимации собственной власти. Разброд и шатание в стане славян Самые высокие показатели по республикам (более 90% «за» СССР) были в Средней Азии. Что до славян, то наибольший процент дала Белоруссия (82%). Данные же по России парадоксально близки к Украине (соответственно 71% «за» при 75% явки и 70% «за» при 83% явки). Любопытно, что в Ленинграде число ответивших «да» было лишь 50%, в Москве - те же 50%. В Свердловске – при явке 34% было 49% «за», меньше половины! На Украине ещё проходил отдельный галицийский референдум. В Ивано-Франковской, Львовской и Тернопольской областях 88% поддержали независимость, а общесоюзный референдум бойкотировали. Наряду с ними жовто-блакитный флаг выкинул Киев – лишь 44% «за» СССР. По итогу, несмотря на формальные 70% «за» Союз по республике, на Украине царили полный разброд и шатания. В соответствии с хитрой формулировкой получалось, что её жители одновременно поддержали и СССР, и независимость. Одни хотели в Россию, другие - сохранить Союз, третьи - остаться там формально, четвертые - незалежности, пятые - получить региональную автономию. Всё это усиливалось наметившимися внутренними противоречиями, где западенцы и кияне голосовали не так, как остальные, а также общей политической безграмотностью населения. Через четверть века всё это конструкт под названием Украина и взорвет. Что до государствообразующего русского народа, то его состояние на тот момент было весьма печальным. Деградация экономики, развал социальной сферы, оборонки, идеологическое вырождение, исходившее с самого верха, в общем – плоды перестройки. Советник Горбачёва Анатолий Черняев, участвовавший в подготовке референдума, записывал в дневнике: Немножко походил по грязным улицам. Москва являет собой ужасающее зрелище. Помойки, сугробы, огромные лужи, очереди у каждого магазина. Скоро, наверное, и молоко исчезнет совсем: молокозаводы не имеют сырья - импортного порошка (за валюту). А у наших коров нет кормов.... Референдум: "Быть или не быть Отечеству"? Хотя на самом деле такая постановка вопроса - очередная демагогия: ничего не будет, чем бы этот референдум ни кончился. О Президенте России (нужен ли) - второй вопрос для референдума. Если бы не Ельцин, почему бы и нет? Но это был именно Ельцин. По второму вопросу в столицах голосовали куда охотнее и через несколько месяцев Борис Николаевич был триумфально избран президентом. А поскольку представить себе Союз без России было невозможно, то именно принятие декларации о государственном суверенитете в 1990-ом и выборы 12 июня 1991-ого стали последними гвоздями в крышку гроба СССР. Голосование как гражданский подвиг Семь республик сразу же отказались проводить референдум – три прибалтийских, три закавказских и Молдавия. (Азербайджан в итоге всё-таки провел). Настроения в Прибалтике - и в том числе большинства русского населения, которое вскоре об этом горько пожалеет, - были за независимость. И многие в руководстве республик выступали против референдума, как не соответствующего законодательству Союза. Первый секретарь компартии Латвии Альфред Рубикс на заседании Верховного Совета СССР сказал дословно: «Если мы позволим этот московский референдум, мы не можем знать, сколько людей ещё придётся расстрелять, чтобы результат референдума был благоприятным для Москвы». Тут интересно, что сам Альфред Петрович был (и остался) твердым коммунистом: требовал отставки Горбачева ещё в 1990-ом году, а затем поддержал ГКЧП и стал председателем Вселатвийского комитета спасения, что стоило ему 6 лет заключения в независимой Латвии. Так что вопрос «сколько придется расстрелять» был поставлен в чисто практической плоскости. Тем не менее референдум в Прибалтике состоялся – в воинских частях, на предприятиях и в некоторых регионах при поддержке местных органов власти (Нарва). В Литве проголосовали более 500 тыс. советских граждан, в Латвии – около 430 тысяч, в Эстонии – 220. При этом власти активно препятствовали голосованию, особенно в Латвии. Три избирательных участка не открылись, один был разгромлен, отмечалось много случае хулиганства и шантажа пенсионеров. В Эстонии ряд участков был заблокирован. В этих условиях участие в голосовании было несомненным гражданским подвигом. Точно так же можно оценить проведение референдума в Молдавии и в мятежных автономиях – Приднестровье, Гагаузии, Абхазии, Южной Осетии. По словам маршала и народного депутата СССР Сергея Ахромеева, в Кишиневе голосование проходило «в условиях морального террора со стороны руководства республики». Ахромеева при попытке пройти на участок толпа оплевала и подвергла многочисленным оскорблениям. Поэтому многие из местных жителей поехали голосовать в Приднестровье и Гагаузию. Результат «за» там составил 98%. В Абхазии грузинское население, в основном, бойкотировало плебесцит. Но явка пришедших к урнам абхазов, армян и русских составила более половины (52%) избирателей, из них более 98% поддержали сохранение СССР. А в Цхинвале уже вовсю шла война, 17 марта город подвергся массированному артобстрелу со стороны Грузии. Тем не менее именно осетины-кударцы показали максимальный результат: из 44 тысяч проголосовавших только 9 (!) высказались против Союза. Таким образом восставшие против местных этнократий автономии дали порядка 900 тысяч голосов за Союз. А потом и подтвердили свой выбор, отбившись от них силой оружия. (За исключением Гагаузии, которая заключила федеральный договор с Кишиневом, сегодня успешно растоптанный). Автомат или бюллетень? Депутат Верховного Совета СССР, «черный полковник» Виктор Алкснис оценивал референдум так: Он был абсолютно не нужен. Я выступал против проведения этого референдума, потому что Горбачев просто хотел продемонстрировать, что он обеспокоен судьбой Союза, и для этого необходимо проведение референдума. Но что ему мешало без референдума применять меры к предотвращению развала страны? Ничего. Он боялся брать на себя ответственность за то, чтобы спасать страну. Хотя в его распоряжении был Верховный Совет, который принял бы решение о введении чрезвычайного положения. Были силовые структуры, готовые выполнить приказ главнокомандующего по наведению порядка в стране. Но он на это не шел. Он боялся. В целом с Виктором Имантовичем можно согласиться. При отсутствии решимости в достижении поставленной цели никакое народное волеизъявление не поможет. Бюллетень в обязательном порядке должен подпирать автомат. Референдум от Меченого или – если хотите – от Лукавого это показал со всей очевидностью. Андрей Дмитриев Источник - WarGonzo |
|
| Copyright © 2006-2019 «Агентство Политических Новостей Северо-Запад» При полном или частичном использовании материалов, ссылка на "АПН Северо-Запад" обязательна |
