АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Понедельник, 22 апреля 2024 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Фотография из Неаполя
2024-02-02 Вадим Левенталь
Фотография из Неаполя

"АПН Северо-Запад" публикует отрывок из новой книги писателя Вадима Левенталя "Фотография из Неаполя", только что вышедшей в издательстве "Литературная матрица". Презентация сборника повестей и рассказов пройдет в петербургской галерее "Борей" (Литейный, 58) 16 февраля в 18.00. Итак, Неаполь, 1930-е, коммунистическое подполье.

Подождав еще несколько минут в конце стойки, Паоло берет две чашки с кофе и пробирается к столику, где его ждет Эудженио. Только теперь он видит, что Эудженио странно выглядит. Нет, он как всегда с иголочки одет и на лице у него улыбка. Но он выглядит чудовищно уставшим, у него мешки под глазами, он весь какой-то серый, да и сама улыбка не столько свободно расплывается по лицу, сколько с трудом на него натянута. На вопрос, все ли у него хорошо, Эудженио отвечает, что несколько дней не спал, очень тяжелые дни, кое-какие проблемы, не обращай внимания. Эудженио в один глоток забрасывает в себя кофе, закуривает и спрашивает, как у Паоло дела. Паоло не знает, что сказать, к тому же ему постоянно хочется обернуться и посмотреть на девушку за стойкой. Ну так, хорошо, вот закончил курс, пока работает в фотомастерской, а осенью подумает, что делать дальше. Отец вот настаивает на больнице. А как в больнице дела? Эудженио не замечает вопроса и спрашивает, как общественная жизнь. Паоло не сразу понимает, о чем речь, а когда понимает, машет рукой: нет-нет, это не мое, ты же знаешь, никакой политики. Потом он спрашивает про сестер — а что сестры, ничего, учатся, — и еще что-то в этом же роде: не женился ли, как успехи, что отец. Паоло отвечает кое-как, а сам думает про девушку. Эудженио говорит, не повышая голос, и в шуме и гаме кафе его почти не слышно, приходится напрягать слух, чтобы его услышать. Про себя он тоже отвечает односложно: на отделении много работы, пока вот тоже не женился, хорошие были деньки тогда в университете. Паоло трудно следить за разговором, довольно бессмысленным, и к тому же он прямо-таки заставляет себя не поворачиваться к стойке. Но в какой-то момент он все-таки замечает, что Эудженио нервничает, стараясь этого не показывать, и как бы рассеянно оглядывается вокруг, как будто хочет что-то проверить, и проводит рукой по мокрому лбу, и говорит, что у него есть к Паоло просьба. Ерунда, ничего особенного. У него с собой папка с кое-какими бумагами, так вот пусть она пока побудет у Паоло. Он ее потом заберет — может быть, завтра или через пару дней. Или если он не сможет, то придет его друг Саша, он самый близкий друг, и ему можно будет отдать. А никому другому показывать не надо и вообще никому об этом говорить, да кстати и самому Паоло не надо заглядывать в папку — так будет для него же лучше. Просто поверь мне, пожалуйста, и не открывай ее. Сделаешь?

Паоло сначала слушает вполуха, но потом, кажется, понимает, и ему становится страшновато. Он начинает оглядываться по сторонам, но Эудженио просит его не делать этого. Стой спокойно, мы просто болтаем. Паоло немного напуган, но решение он принимает мгновенно. Эудженио ведь всегда был против фашистов, и в папке наверняка что-то запрещенное. Но если отказать старому другу, то как он будет выглядеть? К тому же, если это что-то вроде проверки, то Паоло как раз хотелось бы показать Эудженио, что на него можно положиться. Паоло и самому не нравятся фашисты, и, хоть он и не лезет в политику, но, когда это было еще можно, он читал L’Unita и иногда L’Ordine nuovo и сочувствовал всему, что там писали. Паоло говорит, что нет проблем, конечно, он сделает. В этот момент ему снова страшно хочется оглянуться на девушку за стойкой и поймать ее взгляд, но вместо этого он заставляет себя просто взять чашку и допить кофе. Эудженио снова вытирает вспотевший лоб, и снова спрашивает про сестер, и как бы невзначай сбоку от стола протягивает Паоло папку. Паоло отвечает, что все в порядке, учатся, достают его, берет папку и перекладывает ее себе подмышку. Эудженио поправляет галстук и вдруг, повысив голос, начинает рассказывать о сложном пациенте на отделении. Кажется, он потихоньку немного успокаивается, и наконец говорит, что ему пора в больницу, и так уже опаздывает. Так где ты, говоришь, работаешь? На Площади мучеников, Джакомо Броги? Ну хорошо, дружище, до встречи, будь здоров. Он прощается и пробирается к выходу. Оставшись один, Паоло наконец может оглянуться вокруг: все тот же шум и гам, шляпы, бабочки и сигары с усами, а за стойкой девушка с черными, как предвечная ночь, глазами и такими же бровями, и она совсем на Паоло не смотрит. На него никто не смотрит. Паоло выходит из кафе.

Он правильно догадывается, что Эудженио подпольщик, а в папке что-то запрещенное, но он и представить себе не может, что его друг Эудженио Реале уже несколько месяцев руководит городским отделением Коммунистической партии Италии. Он сменил на этом посту Джорджо Амендолу — ровесника и ближайшего товарища, еще одного блистательного харизматичного красавца, энциклопедически образованного юриста, сына крупного демократического политика и одного из основателей газеты Il Mondo Джованни Амендола. Джованни осмелился громко обвинить лично Муссолини в убийстве Джакомо Маттеотти и в 1926 году бежал в Канны, где пятнадцать итальянских чернорубашечников напали на него на улице и забили до смерти. В 1929 году, на годовщину Великой октябрьской социалистической революции его сын вступил в КПИ и скоро возглавил ее неаполитанское отделение. Отделение было небольшим, но все же полторы сотни человек в нем было — рабочие радиозавода La Precisa, автозавода Miani e Silvestri, сталелитейного производства Ilva, оборонного Silurificio, портовые рабочие, ремесленники, железнодорожники, печатники, студенты и интеллектуалы. В подпольной типографии продолжали печатать выпуски L’Unita, La Riscossa и листовки, влияние партии росло по мере развития Великой депрессии. Сам Эудженио вступил в партию в сентябре 1930 года, после очередной волны арестов и после того, как из университета выгнали двоих студентов, освиставших речь ректора. В новогоднюю ночь нового 1931 года коммунисты вывесили на высоченной арке, вровень с крышей пятиэтажного дома, моста Санита огромный баннер с призывом Lavoratori scioperate! — Сражайтесь, рабочие! — самая эффектная акция ячейки, после которой трое партийцев были арестованы. В марте Амендола выехал в Кёльн для участия в съезде партии, на собрании городского отделения КПИ секретарем выбрали Эудженио Реале, а оперативным центром стала клиника Неаполитанского университета, в которой он работал. Отделение росло и работало все активнее, агитация ложилась на благодарную почву падающей зарплаты и растущей безработицы — газеты, листовки и брошюры с кратким пересказом «Капитала» и со статьями из «Рабочего государства» появлялись на теплоэлектростанции Капуано, на текстильной мануфактуре MCM, в Ilva, Precisa и Miani, в порту и доках. Помимо L’Unita и La Riscossa, коммунистам удалось наладить выпуск новых газет — Falce e Martello, L’Operario Bolscevico, La Scintilla, La Rissa (соответственно, «Серп и молот», «Большевистский рабочий», «Искра» и «Бой»). Кроме того, сформировалось отделение Фронта коммунистической молодежи, которое занялось пропагандой среди студентов и призывников. В течение весны и начала лета на нескольких крупных производствах в Неаполе прошли забастовки, руководство предприятий отвечало увольнениями, массовые увольнения вызывали ответную удвоенную ярость, профсоюзные ячейки росли, как грибы после дождя, в партию просились десятки и десятки новичков. Но и ОВРА взялась за коммунистов не шутя. Судя по всему, в одну из ячеек удалось внедрить агента, и в конце июня началась очередная волна арестов, были схвачены полтора десятка активистов, поэтому и сам Эудженио со дня на день ждет ареста.

Вадим Левенталь

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Литература
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
22.4.2024 Юрий Нерсесов
Акулы пера. Защитники нелегальной миграции, этнический криминал и суровые бородатые террористы просто обязаны обратить внимание на столь ценный ресурс. Если, конечно, уже не обратили.

1.4.2024 Юрий Нерсесов
Общество зрелищ. Мелкие глупости картины завершаются изрядной гадостью. На стороне наших воюет боец Жила - у Проханова просто уголовник, мародёр и насильник, а в фильме ещё и предатель. Кончают его и в книге, и на экране, причем бритая голова, грим и нарочито-характерные интонации сделали из него нечто, очень похожее на покойного хозяина ЧВК «Вагнер» Евгения Пригожина.

22.3.2024 Юрий Нерсесов
Игры патриотов. Не знаю, что видится Мединскому в бреду, но в реальных сказаниях о богатырях имеются и пьянки, и мордобой. Например, Илья Муромец, сочтя, что князь Владимир его не уважает, учинил в Киеве разнузданный дебош. И вообще в русских былинах богатыри могут и напиться, и накуролесить, и поругаться из-за ерунды, однако в решающий момент идут в бой и стирают с земли очередного захватчика.

20.3.2024 Анатолий Кантор
Правильные выборы. Нынешние «пляски» бывших партнёров Кремля вокруг признания/непризнания итогов голосования настолько не состоятельны, что даже нет смысла их комментировать. Но всё же следует заметить, что именно так называемый «коллективный Запад» выступил главным рекламным агентом Владимира Путина на этих выборах.

9.3.2024 Юрий Нерсесов
Игры патриотов. Подтекст спича президента, с учётом антироссийской позиции Бельгии в украинском конфликте, очевиден. Налицо традиционное для россиянской духоскрепной интеллигенции тоскливое нытьё: "Мы вас освободили, а вы - свиньи неблагодарные!" Скулёж этот не только жалок, но и лишён малейшего смысла.

29.2.2024 Вячеслав Всеволожский
День грядущий. Брошюра Андрея Песоцкого «Программа «Другая экономика» заслуживает пристального внимания как интересное явление. При этом нужно иметь в виду - даже такую небольшую брошюру по экономике осилят далеко не все из партактива. Для масс по итогам внутрипартийной дискуссии должны быть выработаны политико-экономические лозунги.

29.2.2024 Юрий Нерсесов
Игры патриотов. «Талибану» Кремль действительно не помогал. Зато по части поддержки американских марионеток его обитатели на радость Вашингтону аж из трусов выпрыгивали! Хотя эти самые марионетки, едва придя к власти, тут же начали джихадить на постсоветском пространстве.

28.2.2024 Джураб
Интервью. Информация британской телерадиокомпании ВВС о гибели в результате артобстрела в районе Артёмовска (Бахмута) россиянина Дмитрия Петрова появилась 28 апреля прошлого года. По данным проукраинских тг-каналов, в том бою вместе с Петровым погибли ещё два анархиста из Ирландии и США. Мы взяли интервью у российского анархиста, одного из активных участников их ликвидации, воющим под позывным «Джураб».

14.2.2024 Юрий Нерсесов
Игры патриотов. Прилепин бодро повторяет слухи, предлагая восхититься проницательностью наших штирлицев. На самом деле налицо либо ошибка, либо намеренная дезинформация вражеских спецслужб, и в любом случае она оказалось роковой. Советские войска на радость Картеру с Бжезинским вошли в Афганистан, начав операцию с убийства призвавшего их Амина.

12.2.2024 Дмитрий Селезнев
Интервью. Дмитрий Селезнев - военкор, с первых дней работающий на СВО. Недавно у него вышла книга «Беспокоящий огонь», где собраны впечатления и размышления о текущих боевых действиях. Интервью о принципах проекта WarGonzo, где он работает, эмоциях и амбициях Пригожина и Стрелкова, а также о комбайне войны и пределе устойчивости неприятеля.