Александра Конфисахор*:

Явлинский прав на 300%

Мне не нравится эта партия, мне не нравится этот лидер, мне вообще ничего не нравится - так можно перефразировать знаменитую фразу капитана Смоллетта и вложить ее в уста свежего члена партии "Яблоко" Даниила Коцюбинского. Потому что ему не нравится ничего, и зачем он вступил в "Яблоко", остается большой загадкой.

С тех пор, как Коцюбинский получил партбилет (летом 2007 года), на политическом пространстве России изменилось очень многое. Прошли выборы в Государственную Думу, президентские выборы. Если первые «Яблоко» с треском провалило, то в президентской кампании даже не решилось участвовать. Это из 8% набранных партией голосов можно сделать 6,5%, чтобы она не прошла в Госдуму, а когда партия едва ли переваливает за 1%, то на происки режима и врагов демократии это не похоже. Это личная неудача активистов и лидера «Яблока» Григория Явлинского. Это кризис идеологии и методов работы с избирателями.

Понятно, что после столь громких неудач партия объективно нуждается в переменах. Едва вступив в «Яблоко», Коцюбинский предложил «создать в своем роде группировку внутри «Яблока», которая не согласна с официальной линией партии: прежде всего, с соглашательскими позициями по ряду вопросов с Кремлем и отказом от сотрудничества с «Другой Россией» и региональными оппозиционными организациями». Такой группировкой, по замыслу автора, стала фракция «Демплатформа Яблока». Цель этой фракции – открытое противостояние лидеру партии Григорию Явлинскому и серьезная смена идеологии одной из старейших партий России.

Что в итоге? Получается, что Даниил Коцюбинский пришел в партию, в которой ему не нравится ни лидер, ни идеология. Зачем? Последние события вокруг ареста Максима Резника в какой-то мере объясняют причины.

Григория Явлинского не один раз обвиняли в контактах с Кремлем. Например, социолог Роман Могилевский предположил, что перед выборами в Госдуму лидер "Яблока" Григорий Явлинский "договорился в Кремле". Социолог считает, что на это указывают косвенные признаки: так, Явлинский стал чаще мелькать по ТВ. Когда Явлинский отказался от участия в маршах несогласных, политолог Станислав Белковский заявил, что «Григорий Алексеевич, по-прежнему, тешит себя надеждой, что Кремль нарисует ему 7 процентов на думских выборах». Последним, кто высказал такое предположение, оказался Даниил Коцюбинский.

Напомним, что Григорий Явлинский встретился с Владимиром Путиным и, возможно, вел переговоры о должности министра. Тогда же он упомянул о деле Максима Резника и попросил разобраться и прекратить политическое преследование оппозиционера. В передаче Марианны Максимовской, однако, лидер партии «Яблоко» отказался рассказать, о чем именно шла речь на встрече с экс-президентом РФ. Это и вызвало возмущение у Даниила Коцюбинского.

Письмо Коцюбинского тут же получило шквал негативных отзывов от членов партии. Например, Наталья Евдокимова, хотя «сама не в восторге» от Григория Явлинского, считает, что «не время писать такое открытое письмо» и ей непонятно, зачем Коцюбинский это сделал. Михаил Амосов тоже счел, что «наезд» Даниила Коцюбинского на лидера «Яблока» Григория Явлинского совершенно неоправдан» и назвал письмо «вредным и неправильным».

А теперь пора пояснить, почему Григорий Явлинский до сих пор, несмотря на все неудач, возглавляет партию, а Даниил Коцюбинский, по всей вероятности, вскоре ее покинет.

Встречаясь с Путиным, Явлинский прав на 300%. Пора понять: пришли новые времена. Выборов больше нет, но и протестных настроений тоже нет (видно по численности Маршей). Значит, надо сотрудничать с властью, работать бок о бок для воплощения своих благих идей. Если «яблочники» не сумели завоевать умы избирателей, то пусть хоть потрудятся на их благо.

*Александра Конфисахор Ид «Коммерсант», специально для АПН Северо-Запад

Андрей Дмитриев:

На елку влезть и колготки не ободрать не получится

Лидер «Яблока» всегда именовал себя оппозиционером. За годы президентства Путина им произнесено много слов о нелегитимности установившегося в стране режима.

«Ведущий: А «Яблоко» - это оппозиция?
Григорий Явлинский: «Яблоко» старается в этих условиях быть оппозицией, но ее влияние очень ограниченное.
Ведущий: То есть вы как-то существуете худо-бедно...
Григорий Явлинский: Очень тяжело мы существуем. Это очень трудно быть европейской оппозицией в авторитарном азиатском окружении. Имитация, что есть свобода слова, имитация, что можно задать вопрос, имитация, что можно получить ответ.
Ведущий: Так может, вот вас зовут сейчас в Кремль - это тоже какая-то имитация?
Григорий Явлинский: Может. Конечно, может.
Ведущий: Вы ходите?
Григорий Явлинский: Это моя работа».

Запомнили? Работа Явлинского – ходить в Кремль. Сам признался, за язык никто не тянул. Нет, конечно, в Кремль много кто ходит. Вот нацбол Прилепин ходил на встречи и к Путину, и к Суркову. А представители петербургской оппозиции проводили переговоры с Матвиенко в Смольном во время льготных бунтов. И Явлинский, конечно, должен был встречаться с ВВП, чтобы хотя бы обсудить судьбу арестованного Максима Резника. Но вот вступать в торг относительно трудоустройства в правительстве – это уже совсем другое дело (а упорное нежелание ГАЯ отвечать на вопросы на эту тему доказывает: или что-то было, или он набивает себе цену таким дешевым образом, что еще хуже).

Здесь даже нет предмета спора: согласно принятой в мире практике, оппозиционная партия не может иметь своих министров. Если там есть хоть один ее представитель – значит, она уже является не оппозиционной, а правящей партией. Вот, к примеру, победил на выборах во Франции лидер правого «Народного союза» Николя Саркози. А министр иностранных дел социалист Бернар Кушнер предпочел остаться на своем посту. И тут же с треском вылетел из Соцпартии.

Статус «Яблока» как оппозиционной партии давно под большим вопросом: заместитель Явлинского Игорь Артемьев занимает пост руководителя Федеральной антимонопольной службы (приравнен к рангу министра) аж с 2004 года. И если Григорий наш Алексеевич решил пойти по его стопам – пожалуйста. Но не надо тогда называть себя оппозиционером, рядиться в белые одежды и корчить из себя невинную девочку. На елку влезть и колготки не ободрать не получится

Здесь и проходит граница. «Не верь, не бойся, не проси» - вот принцип, которым оппозиция должна руководствоваться в отношениях с режимом. Это принципиальный вопрос, вне зависимости от того, сколько людей выходит на Марш несогласных и сильны ли в стране протестные настроения. Каспарова и Лимонова невозможно себе представить в кабинете Путина, торгующимися о месте в правительстве. А Явлинского или его спарринг-партнера Зюганова – запросто. Их поведение строится по одной и той же модели: после очередных «нелегитимных выборов» за гневными декларациями и обличениями, обещаниями «вывести людей на улицы» не следует ничего. И на оппозицию несистемную - «Другую Россию» - ГАЯ с ГАЗоном обрушиваются не с меньшей силой, чем на власть. Кремлю даже не понадобилось придумывать какую-нибудь ручную оппозицию: Явлинский с Зюгановым все сделали сами.

Впрочем, играть в такие игры можно долго, но не бесконечно. Ария Явлинского явно подходит к концу. И даже гальванизация трупа отца русской демократии Кремлем ни к чему не приведет. Разве что ускорит процессы, происходящие в «Яблоке», где созрела фронда в лице Ильи Яшина и Максима Резника, а также ряда региональных отделений, недовольных своим лидером. В КПРФ ситуация сложнее: пропустив партию в парламент и дав Зюганову возможность получить неплохой процент на президентских выборах, Кремль укрепил его позиции. От явных фрондеров там вроде бы избавились в рамках кампании по борьбе с «неотроцкизмом», но недовольных тоже хватает, и рано или поздно они себя проявят. Логика развития политического процесса заставит «яблочников» и коммунистов отвернуться от старых вождей. Ведь, по сути, никакой Кремль не принес оппозиции столько вреда, как Григорий Алексеевич Явлинский и Геннадий Андреевич Зюганов. И только их уход откроет новую страницу в истории протестного движения в России.