В Петербурге прошла премьера фильма «Незримое». Показ был эксклюзивным в небольшом зале, но, очевидно, среди любителей документалистики (у нас, оказывается, еще есть такие) задолго до сеанса прошел слух, что будет показано нечто. Скорее всего, шепотом было сказано, что именно. Многие захотели убедиться, что будет показано именно это, поэтому любопытство заставило их прийти. Скажем прямо, редко у нас показы документального кино собирают полные залы. Для этого должна быть особая причина.

Ею стал…Путин. Путин нетрадиционный. Основа зрительного ряда – саммит «восьмерки» в Константиновском дворце летом 2006 года. Были выбраны репортажные кадры, которые забраковали центральные каналы. Забраковали по причине того, что мировые лидеры выглядели в них не «по протокольному». Вот, к примеру, наш «Путяра» выходит из вертолета, а протокольные съемки еще не начались. Он это знает, поэтому вышагивает так, как ему естественней, а не как нужно для телеканалов по созданному ими образу
«скромняги». То есть идет вразвалочку, напоминая что-то медвежье (какая еще ассоциация может прийти по поводу президента, возглавившего список «медведей» и выдвинувшего в преемники Медведева? Ну, разве что ассоциация с паханом банды, чувствующим, что он пахан).

Далее камера ненавязчиво блуждает по сервировке стола. Выносится сверкающая белизной посуда на открахмаленные скатерти. Работа молоденькой официанточки, очевидно, недавно получившей столь блатное место, проверяется строгим менеджером. Та говорит: «Все нормально, только приборы надо ставить симметрично». А если не симметрично, Меркель что ли обидится? Наконец, появляются восемь пар избранных. Съемки опять непротокольные, потому как выступления закончились, избранные шествуют к жратве. Зрители в зале начинают шушукаться. Дело в том, что у всех лидеров и их жен на лицах почему-то крайне идиотские выражения. Долгим кадром камера останавливается на том, что сталось с лицом жены Буша при виде русских яств. Ее глаза как-то странно выкатились и застыли под углом к тарелке. Затем камера беспардонно глазеет, как Путин многократно тыкается попой в мякоть сидения, присаживаясь напротив бушевской четы и выбирая для пятой точки наиболее удобное положение.

Кстати, вполне естественное движение для садящегося человека, хоть он и президент. Но мы за годы путинизма об этом как-то уже забыли – настолько над нашим сознанием стараются TV-иконописцы. Так стараются, что создается впечатление, что наш президент, извините, даже в туалет не ходит.

Возникают крамольные мысли, что у него все это как-то иначе происходит…

Всех потряс кадр аудиенции ВВП с Жаком Шираком. Камера продолжала работать в тот момент, когда двум лидерам говорить было уже не о чем, но они продолжали сидеть в протокольных позах. При этом у того и у другого физиономии приобрели выражение крайне «не президентское» - они были похожи на растерянных пенсионеров, у которых вдруг отобрали льготы.

Если вспомнить, что Ширак прибыл на саммит с глобальными предложениями по проблемам изменения климата, борьбы с бедностью и даже переходу к постнефтяной эре, то в этом кадре он выглядит как собеседник, которого только что круто обломали («Ну, ты че, Ширак, да у нас и бабла на это нема…Сам посуди, сколько всего на саммите сожрали»).

Зал покатился со смеху, когда главы государств выстроились на лужайке для прощального кадра. Сначала мы увидели постепенно выстраивающуюся шеренгу, к центру которой пытается пробраться низкорослый Путин. Затем «zoom» камеры уменьшается, и мы видим эту же шеренгу издалека. Представьте: огромнейший вылизанный до травинки зеленый ковер перед Константиновским дворцом и на нем восемь маленьких сиротливых фигур в полукольце телекамер и фотообъективов…

Но главная изюминка фильма в том, что сюжеты непротокольной съемки чередуются с блужданиями камеры по соседствующему с президентской резиденцией южному петербургскому кладбищу. Взлет и посадка вертолетов на площадку Константиновского, нескончаемые правительственные автоэскорты по Петергофскому шоссе – все это снято с разных точек кладбища, из-за могильных плит. Иногда надгробные плиты даются крупным планом, и тогда на зрителя взирают те, чей след растаял на этой земле.

Метафора становится основным выразителем темы изначального равенства людей на планете: высокопоставленный ты или нет, жрешь черную икру со сверкающих белизной тарелок или скребешься по помойкам - смерть не спросит. Так или иначе, итог у всех один – органическое растворение в земле. Отсюда еще одна тема: напоминание об этом все-таки раздражает высокопоставленных, им приятнее тешить себя иллюзиями, что они - что-то вроде божеств.

Поэтому в кадре появляется странное мистическое объявление о том, что в течение трех дней не к месту оказавшееся кладбище не работает. Поэтому антиглобалистов, посмевших в святые дни саммита вылезти на площадь с плакатом «Главы государств, когда вы будете жрать землю?», наш доблестный ОМОН бесцеремонно забирает в кутузку.

Но авторы фильма настойчиво пытаются восстановить справедливость в человеческой комедии положений, поэтому кадры демонтажа всего того, что было заготовлено в Константиновском для саммита, чередуются со сценами выбора гробов в бюро похоронных услуг.

В финале картины надгробия на кладбище плачут – камера застала начинающийся дождь. Затем появляется надпись «Два месяца спустя», и очень долгим кадром в стиле Сокурова по Дворцовой набережной движется длиннющая навороченная похоронная процессия, сопровождаемая немыслимым количеством милицейских мигалок. Так в Северной столице провожают в последний путь почившую очередную бонзу…

Вот такой вот нетрадиционный для нашей эпохи фильмец… Заметим, зал довольно бурно реагировал каждый раз при появлении на экране ВВП. Зрительский успех работы предопределила, прежде всего, нетрадиционность в подаче отечественной «иконы». Публичная демонстрация картины явилась своеобразной разрядкой для пришедших на сеанс, будто они побывали в Гайд-парке, где проходят выступления по-разному политически ориентированных ораторов. Или на киевском Майдане эпохи оранжевой революции.

Реакция зрительного зала говорит о том, что имиджмейкеры, как они не старались в течение последних восьми лет оболванить российское общество до полного и единодушного «одобрям-с», могут получить прямо противоположный результат – общероссийскую ржаху и свист: «А король-то голый!»

Эх, если бы у нас все, кто держит в руках профессиональные и непрофессиональные камеры, снимали подобные репортажи, а не ту чушь, которую их заставляют снимать за хорошую жратву, когда серость надоизображать «планом Путина», а внутрикремлевские договоренности за чашкой чая или за рюмкой чего-то - ни много, ни мало - борьбой двухпартийной системы…Тогда бы вся эта шушера, пролезшая во власть, вприпрыжку побежала бы вдоль кремлевской стены туда, где ее настоящее место – чистить сортиры. Потому-то они и подложили все СМИ под себя, что не хотят чистить сортиры, а хотят только жрать и с…ть.

А еще появляются несбыточные мечты о том, чтобы побыстрее спала с глаз «СМИшная» пелена у большинства россиян, которые в скором времени уже в который раз бездумно проголосуют. Но жаль, мало пока таких фильмов. Не успеет народ раскачаться.