…В 1998 году, когда Сергей Катанандов впервые избирался в губернаторы, одним из главных девизов его предвыборной кампании была фраза, сказанная в интервью о межнациональных отношениях: «Все мы здесь карелы». И это был фактически беспроигрышный сценарий. Несмотря на подавляющее (более 85 %) большинство славянского населения, многие из них воспринимают и даже охотно называют себя «карелами» – не в этническом, а в географическом смысле. В этом сказывается и общая зачарованность неповторимой карельской природой, и многовековое переплетение культур. Местные русские бабушки, к примеру, часто балуют своих внуков традиционной карельской выпечкой – не особо задумываясь о происхождении этих рецептов.   

Карелия вообще уникально отличалась от множества российских регионов, да и от прибалтийских стран, тем, что здесь до недавнего времени фактически не знали межнациональных конфликтов. Особенно это относилось (да и продолжает относиться) к взаимоотношениям между коренными народами региона. Однако кондопожские события прочертили резкую грань между «карелами» и «некарелами» (в упомянутом географически-психологическом смысле). 

Конечно, в первую очередь это коснулось отношения к чеченской диаспоре. К ней также до недавнего времени относились вполне терпимо – пока она не перешла к формированию и шокировавшему всю республику применению этно-криминальных группировок. Масла в огонь подлило и коммюнике карельского МВД по итогам кондопожских событий – с благодарностью этой диаспоре за добровольную выдачу нескольких подозреваемых в этом убийстве. Интересно, у какой диаспоры милиция спрашивает разрешения, если надо задержать, к примеру, русских бандитов? Этот случай наглядно показал, что чеченцы – не просто «равноправные граждане России», но «равноправнее» некоторых других… 

Кондопожские события не были каким-то «антикавказским погромом», как их подают в официальных версиях. Да и какой-то странный это «погром», жертвами которого оказались несколько местных жителей, а с кавказской стороны пострадали лишь пустые ларьки и магазинные витрины. Более того – по итогам этих событий более 100 кондопожан было привлечено к судебной ответственности, тогда как суд над бандой чеченских убийц так до сих пор и не начался… 

Другим, не менее, а быть может, даже более важным содержанием кондопожских событий, была их отчетливо антивластная направленность. Это до сих пор если и не замалчивается властями (что уже невозможно), то, во всяком случае, старательно обходится и не акцентируется. Хотя народное восстание в городе началось именно с наплевательства наиболее зримого представителя власти - милиции - на свои профессиональные обязанности. За кровавым визитом чеченской «бригады» в «Чайку» преспокойно наблюдала патрульная милицейская машина, никак не вмешиваясь в события. Для горожан именно это стало нагляднейшим доказательством срастания этно-криминальных группировок и коррумпированной власти. А когда граждане стали явочным порядком брать власть в городе в свои руки, их встретили кордоны ОМОНа… 

Это, пожалуй, ключевое слово для понимания состоявшихся событий – граждане. Затертое советско-милицейским сленгом, в Кондопоге оно вдруг явило свой исконный, республиканский смысл. В собрании граждан этого северного города на общенародный сход словно бы проснулась новгородская вечевая традиция. Граждане Новгородской республики не считали власть некоей сакральной самоценностью, но лишь своим служебным аппаратом, который всегда жестко контролировали. Вот и на кондопожском сходе они фактически заставили мэра города А. Туркеничева подписать составленную ими резолюцию.  

Хотя к Туркеничеву у кондопожан накопилась масса понятных претензий, но именно за это подписание он впоследствии и был отстранен от своей должности С. Катанандовым. Вместо него по «вертикали власти» мэром был назначен петрозаводский чиновник В. Бессонов, что вызвало очередное недовольство граждан, которых лишили права выбирать и контролировать свою власть. А глава Карелии тем самым фактически отрекся от своего давнего «общекарельского» девиза.  

В Карелии, как и на всем Севере, издавна ценят демократическую традицию выборов. Поэтому нынешнее издевательство над этой традицией, с «вертикальным» назначением губернаторов и мэров, вызывает понятный бойкот. На состоявшихся 8 октября выборах Законодательного Собрания Карелии едва удалось преодолеть минимальный 20%-ный порог явки. Причем наименьшее число избирателей пришло на участки как раз в Кондопожском районе. Ибо «выбирать» предлагалось лишь из двух «рукавов» партии власти – ЕдРосов и СпРосов. Оппозиционное «Яблоко» местный избирком вообще снял с выборов. Правда, «яблочники» затем неприятно удивили поддерживавших их граждан, призвав голосовать на этих выборах за «Справедливую Россию». Так что судьба (и «оппозиционный» имидж) этой партии теперь в Карелии вообще под вопросом… 

Однако в ноябре в Петрозаводске состоялось куда более значимое общеоппозиционное событие, с трудом представимое в российских столицах. В день милиции 10 ноября представители КПРФ, ОГФ, НБП, СКМ, а также анархический «Клуб Радикальных Оптимистов» провели нашумевшую конференцию под названием «Против полицейского государства». Публике были представлены многочисленные отчеты разных организаций о том, как нынешние «правоохранительные» органы старательно препятствуют осуществлению гражданами своих конституционных прав. Завершилась конференция принятием обращения к властям с требованием создать Общественную комиссию, которая вела бы независимый мониторинг этих милицейских правонарушений. И хотя нынешняя власть уже давно не слышит общество, резонанс от этой конференции в оппозиционных (преимущественно сетевых) СМИ был существенным.  

И наоборот: в Карелии вряд ли было бы возможно событие, доминантное в ноябре для Москвы и Питера, – «Русский марш». Прежде всего, по причине упомянутого переплетения здесь национальных культур. Показательно, что на кондопожском и петрозаводском общенародных сходах лозунги заезжих активистов ДПНИ (как, впрочем, и «Наших») не особо «зажигали» публику. Люди просто уже не хотят быть послушной «провинциальной» массовкой для пиара столичных политиков. Кондопожские события неожиданно привели к воскрешению в общественном сознании популярных в 1990-е годы тем республиканского суверенитета и «еврорегиона Карелии». Раз уж нынешнее государство не оставляет своим гражданам никакого выбора – граждане вправе выбрать перспективу создания иного, своего государства… 

Кстати говоря, даже стилистически участники кондопожских событий были совсем не похожи на пресловутых «скинхедов», которыми запугивают публику московские и питерские СМИ. Это в основном была современная северноевропейская молодежь. Неслучайно главным источником независимой информации об этих событиях стал клубный портал Кондопоги – www.cityk.ru. Традиционное северное миролюбие кондопожан проявилось и в их своеобразном «гандизме». Когда через месяц-другой после этих событий в Кондопогу стала возвращаться кавказская диаспора, не было зафиксировано ни одного случая насилия по отношению к ней. У кавказцев просто ничего не покупают и не сдают им жилье. Чем ненавязчиво подвигают их к идее возвращения в более теплые, родные для них края. Просто «все мы здесь карелы»… 

Этот спонтанный взлет общественных инициатив и общественного самоуправления может со временем перерасти в возрождение Карельского Народного Фронта – неофициальной гражданской организации, которая была весьма популярна здесь в «перестроечные» времена. Но в 1991 году она самораспустилась, с победой «августовской революции» ее лидеры посчитали свою миссию выполненной. Видимо, тогда северяне напрасно и непривычно для себя поторопились…