АПН
Загрузка...
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Понедельник, 20 января 2020 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
"Госкурсы украинского языка посещают только из-за страха..."
2014-05-06
"Госкурсы украинского языка посещают только из-за страха..."
Как провалилась попытка Киева украинизировать Донбасс в 20-е годы XX века

Как известно, одним из популярнейших и живучих антирусских мифов является представление о России, как о тюрьме народов. Это краеугольный камень либеральной пропаганды, потому что, как известно, российский либерал обязан ненавидеть Россию. Это в свое время подметил ещё Александр Сергеевич Пушкин, когда он, рисуя портрет российского либерализма, посвятил ему такие строчки:

Ты просвещением свой разум осветил,
Ты правды чистый лик увидел,
И нежно чуждые народы возлюбил,
И мудро свой возненавидел.

Действительно, с точки зрения либералов Россия всегда была неким Мордором, это Империя Зла, где все несчастные народы были порабощены и терпели всякие лишения. К сожалению, и в советское время фактически официальной позицией советской историографии было представление о том, что в царское время Россия была тюрьмой народов, правда после прихода большевиков она таковой перестала быть.

Насколько это все соответствует действительности? Да, в общем-то, ни насколько. Вопреки всем этим заявлениям, вопреки тем умствованиям наших леваков нынешних, которые говорят, дескать, Советский Союз был последней колониальной империей, и то что он распался — это естественный процесс. Советский Союз колониальной империей не был, но не была колониальной империей и царская Россия. Ведь, что такое колониальная империя? Колониальная империя — это такое государственное образование, в котором имеется метрополия, то есть некий центр, который самым зверским и бесцеремонным образом грабит колонии. За счет этого он жирует, повышает уровень жизни своих граждан, создает промышленность и все прочее. При этом в колониальной империи есть граждане, жители метрополии, и есть население колоний, которое рассматривают даже не как унтерменшей, как это делал Гитлер, но как промежуточное звено между человеком и обезьяной, у которого не может быть никаких прав, и с которым обращаться следует как с животным.

Была ли такая ситуация в царской России? Нет, наоборот, там была совершенно противоположная картина, когда национальные окраины, присоединенные к русскому центру, зачастую жили лучше, чем русские области и имели больше льгот и привилегий. Как в свое время заметил император Николай I, «я дал больше льгот своим младшим сыновьям в ущерб старшим», имея в виду поляков и русских соответственно. Та же самая Польша, та же самая Финляндия в составе царской России имели гораздо больше льгот и привилегий, чем русские области. То же можно сказать про другие народы, которые были туда включены.

Естественно, никакому национальному гнету не подвергались в царской России и украинцы, потому что они рассматривались как часть русского народа, поскольку были православными людьми, так они и писались просто: православные. Но, конечно, царская Россия вовсе не была той «Россией, которую мы потеряли», о которой у нас сейчас ностальгируют разные любители монархизма. Это была страна с достаточно развитым социальным неравенством, достаточно жестоким угнетением, но это было угнетение не национальное, а социальное. Того же самого украинского селянина угнетали не потому, что он украинец, а потому, что он не принадлежит к привилегированному сословию, которое имеет всякие льготы и привилегии. Его шансы получить высшее образование были в сотню раз меньше шансов сына дворянина не потому, что это образование было на русском языке, а не на украинском, а просто потому, что в силу своего сословного положения, в силу этого угнетения он был лишен возможностей. Точно так же, как были лишены русские рабочие и крестьяне, и рабочие и крестьяне других национальностей, входивших в нашу страну.

Откуда тогда взялись все эти проблемы с украинством, которые к моменту прихода к власти большевиков цвели и пахли? Фактически, эта проблема раздувалась искусственным образом как внутренними врагами в лице всяких наших либералов, так и врагами внешними. В первую очередь это Австро-Венгрия и Англия. Когда наступили критические события 1917 года, это все сразу было пущено в ход.

Приведу пару цитат. Первая — из меморандума коммандера Джосии Веджвуда в кабинет министров Англии. Веджвуд впоследствии был видным деятелем лейбористской партии, а вскоре после тех событий, о которых пойдет речь, воевал в Сибири у Колчака, помогал бороться с «московским режимом». 19 декабря 1917 года он подал меморандум, в котором писал, что «Россия фактически станет немецкой колонией или зависимой территорией, подобно тому, как Индия зависит от нас». Поэтому в интересах Великобритании, «чтобы Россия должна быть как можно меньше. Любые куски, которые можно от неё отрезать, должны быть поощрены к отделению — Закавказье, Украина, донские казаки, Финляндия, Туркестан, и прежде всего Сибирь».

Это декабрь 1917 года, следующая цитата — год спустя, 8 декабря 1918 года из дневниковой записи посла Великобритании во Франции лорда Френсиса Берти: «Нет больше России! Она распалась, и исчез идол в лице императора и религии, который связывал разные нации православной веры. Если только нам удастся добиться независимости буферных государств, граничащих с Германией на востоке, т.е. Финляндии, Польши, Эстонии, Украины и т.д., и сколько бы их ни удалось сфабриковать, то, по мне, остальное может убираться к чёрту и вариться в собственном соку. Российская республика не была бы в состоянии управлять магометанскими ханствами в Средней Азии и кавказскими княжествами».

Таким образом, независимая Украина — это вовсе не результат самоопределения украинского народа, это совершенно четко искусственно созданное государственное образование, единственная цель существования которого — как можно сильнее напакостить России. Это надо всегда иметь в виду, и любой нормальный гражданин России, и даже гражданин нынешней Украины, если это человек здравомыслящий и помнящий о том, где он живет и о нашей истории, имеет отношение к этому украинскому проекту однозначное. Проект должен быть закрыт, и Украина должна вернуться в состав России.

Вернемся в 1917 год. Сразу же после Февральской революции, уже в начале марта 1917 года на Украине была создана так называемая Центральная Рада, а после Октябрьской революции они провозгласили создание так называемой Украинской Народной республики. Первоначально эта республика еще была в составе России, но через пару месяцев они провозгласили свою полную независимость. В ответ на это у нас уже в начале января 1918 года создана Донецко-Криворожская республика, а к концу января большевики смогли освободить Киев и изгнать оттуда украинских националистов с их Центральной Радой.

Но дело в том, что разборки шли не с этими господами. Накануне Октябрьской революции Россия вела войну с Германией и ее союзниками. Теперь из этой войны нужно выходить, но при этом Германия требует территориальных уступок, причем очень сильных. Большевики не хотели отдавать территории — первоначальный большевистский лозунг был: «Мир без аннексий и контрибуций!» Но в итоге ввиду того, что русская армия была уже совершенно небоеспособной, а в Германии революция задерживалась, большевики были вынуждены пойти на подписание Брестского мира, по которому граница немецкой оккупации у нас проходила почти по границам нынешней РФ. Мы сдавали всю Финляндию, Прибалтику, Белоруссию, Украину, включая Крым, плюс Закавказье.

Что происходит дальше? Нынешние белопатриоты, новоявленные обличители большевиков, любят распинаться о том, как Ленин якобы получал немецкие деньги от немецкого Генштаба. Дескать, большевики все предали, а они, белые, были наоборот русскими патриотами, выступали за Россию единую и неделимую. На самом деле, после того, как большевики были вынуждены подписать Брестский мир, на Украине, которая как бы не входит в состав РСФСР, был создан целый ряд советских республик, помимо Донецко-Криворожской Республики была Таврическая Республика в Крыму, Одесская Советская республика. И дальше на Украине эти большевистские отряды с оружием в руках пытались дать отпор немецким и австрийским интервентам. Шли реальные боевые действия, фактически больше двух месяцев — весь март, апрель; и только к маю немцы смогли выйти на границы этой оккупационной зоны. В то время как «белые патриоты» не сделали ни одного выстрела по немецким оккупантам, а наоборот. Например, отряд полковника Дроздовского, пройдя в немецком обозе практически через всю оккупированную немцами территорию, пришел к Ростову-на-Дону, а после того, как Ростов-на-Дону был немцами взят, там эти господа офицеры фактически выполняли роль полицаев и власовцев, арестовывая большевиков по ордерам, выданным немецкой комендатурой. Также можно вспомнить атамана Краснова, который тоже получал непосредственно от немцев и оружие, и другую помощь.

Фактически здесь мы видим, что большевики — «немецкие агенты» — с немцами сражаются, а господа офицеры — все эти поручики Голицыны и корнеты Оболенские — наоборот, немецким оккупантам служат.

Как и предвидел Ленин, Брестский мир оказался недолговечным. Революция в Германии все-таки случилась, и после того, как власть кайзера Вильгельма в Германии рухнула, этот договор сразу был расторгнут и началось освобождение этих территорий. К тому времени в марте 1918 года в Киев привозится Центральная Рада в немецком обозе, правда, через полтора месяца немцы ее турнули, поставив вместо нее гетмана Скоропадского. После ухода немецких оккупантов Скоропадского сменил Петлюра (непосредственно украинские селяне-националисты), но и это ненадолго, так как вскоре пришли большевики, потом деникинцы. Последняя попытка украинских националистов хоть с кем-то попасть в Киев была в апреле 1920 года, когда Петлюра подписал договор с Пилсудским — правителем Польши. Договор ставил Украинскую Народную республику фактически в положение польской колонии. И вместе с польскими войсками они смогли на несколько дней захватить Киев в апреле 1920 года, после чего их оттуда выбьют большевики, и дальше со всеми попытками создать независимую Украину было более-менее покончено.

Что здесь нужно сказать по поводу позиции большевиков в украинском вопросе? К сожалению, большевики того времени во многом занимали русофобские позиции и Россию не любили. Это было вызвано вот чем. Как помнят те, кто изучал историю в советское время, там расписываются три периода русского освободительного движения. Вначале были декабристы, которые разбудили Герцена, потом разночинческий период и, наконец, всякие пролетарские революционеры. Значительная часть большевиков выросла на либеральной «освободительной» традиции. Естественно, что они разделяли её мнение о том, что Россия — это тюрьма народов, и о том, что русский народ надо поставить в более низкое положение по сравнению с другими народами России, чтобы он мог свою вину искупить. К счастью в руководстве большевиков не все были такими, там было и другое крыло, про которое можно сказать словами Ленина из одной из работ, что он видит «противоестественный союз коммунистов и черносотенцев». Это были люди, для которых любовь к России и патриотизм не были пустым звуком. В первую очередь из наиболее видных представителей этого течения можно назвать Иосифа Виссарионовича Сталина.

Сталин фактически пришел к власти в полном объеме только к концу 1930-х годов. А до этого, хотя он и был одним из лидеров партии большевиков, и его влияние в партии постепенно усиливалось, но, тем не менее, далеко не он определял общую политику большевистского руководства. Эта политика была, с точки зрения русских патриотов, неправильной и неприятной.

Заканчивая тему гражданской войны, замечу, что хотя тогдашнее большевистское руководство не считало себя русскими патриотами и Россию не особенно любило, они были прагматиками и государственниками. Они вовсе не собирались разрушить это государственное образование, Российскую Империю из принципа, а наоборот, после Октябрьской революции они попытались взять под свой контроль все без исключения её территории, включая и Польшу, и Финляндию, и Прибалтику. И то, что им не удалось этого выполнить в полном объеме — не их вина, а скорее вина иностранных интервентов и белых «патриотов», которые воевали против большевиков и в итоге не дали им возможность воссоединить страну в полном объеме.

Тем не менее, получив практически ту же самую Российскую Империю в несколько урезанных границах под свой контроль, большевики в национальном вопросе стали проводить политику «коренизации», которая заключалась в том, что во всех национальных областях нужно всеми силами продвигать местные национальные кадры даже в ущерб делу, потому что это люди угнетенных национальностей и их нужно всячески задобрить, компенсировать им это «угнетение».

Не стала исключением и Украина, Украинская ССР. 1 августа 1923 года было принято совместное постановление Всеукраинского Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров Украинской ССР «О мерах обеспечения равноправия языков и о помощи развитию украинского языка». Несмотря на свое название «О мерах обеспечения равноправия языков», речь в постановлении шла о том, что украинский язык навязывался в качестве государственного, официального языка на территории Украинской ССР.

Вводился запрет для должностных лиц, если они не владеют украинским языком, занимать государственные и партийные должности. В декабре 1925 года центральная комиссия при всеукраинском ЦИК разработала инструкцию «О практических мероприятиях по украинизации Советского аппарата». Согласно этой инструкции, все советские служащие делились на 3 категории. Первая категория — свободно владеющие украинским языком; вторая категория — как сейчас бы выразились — читающие, пишущие со словарем, но там была формулировка «нуждающиеся в усовершенствовании украинского языка», и третья категория — не владеющие языком. При этом лица, относящиеся к третьей категории, должны быть вычищены из государственного и партийного аппарата.

К сожалению для кремлевских мечтателей, в результате аттестации, например, в Донецком округе (точнее, тогда он назывался Сталинский округ, потому что Донецк в течение ряда лет носил название Сталино) в 1926 году аттестация показала следующее. К первой категории, то есть к свободно владеющим мовой было отнесено только 11,4%, вторая категория — 44,7%, третья категория — 43,9%.

Несмотря на все эти меры по насаждению мовы (я замечу, что это 1926 год — три года прошло с момента начала коренизации), 2/5 руководителей украинским языком не владели и, что особенно прискорбно, заменить их было некем, потому что Советская власть испытывала жесточайшую нехватку квалифицированных кадров. И поэтому, если человек тянул работу, мог ее реально выполнять, то приходилось на такие его «недостатки» закрывать глаза. Было решено сделать так: ввести дополнительную категорию — «вторая категория условно», когда советский или партийный чиновник не знает украинского, но обещает, что его выучит. Тогда его можно аттестовать по второй условной категории, и он продолжит свою работу.

Например, в Мариупольском округе (Мариуполь через какое-то время был переименован в Жданов, сейчас опять Мариуполь) по результатам аттестации были следующие цифры: по первой категории были аттестованы 1,6% человек (получается, что чуть больше полутора процентов свободно владели украинским), по второй категории 18%, по второй условной категории (то есть, люди которые не знают мову, но обещают выучить) — 30,7%, и, наконец, по третьей категории — 49,7% (почти половина).

Надо сказать, что местное население совершенно не испытывало восторга от всех этих экспериментов. Так, в июле 1928 года учительница Н. Тарасова из столь знаменитого сегодня Славянска написала письмо в редакцию одной из газет, в котором говорилось:

«Госкурсы украинского языка для взрослых — их посещают усталые люди и только из-за страха...

В школах идёт двойная трата времени в связи с украинизацией — учитель сначала проводит беседу с учениками по-украински, а потом по-русски, чтобы дети лучше поняли».

А вот что писала 9 февраля того же 1928 года газета «Красный Крым»:

«Уже много лет прошло, как оторванные от своего родного народа, болгары (несколько сот семейств) нашли себе приют в степях Крыма. Сейчас пожалуй, одним из наикрупнейших населённых болгарских пунктов в Крыму является Н.-Царицынский сельсовет, который, конечно, в вопросе болгаризации не остаётся незамеченным. Сюда, как и полагается, стали даже из Симферополя присылать работников и учителей-болгар. Из-за болгаризации провели сокращение учителей других национальностей. Поставили перед населением вопрос об изучении его родного, уже забываемого, языка. Много говорили болгарам о задачах болгаризации и проч.

Ответ же их следующий:

— Категорически заявляем, что не желаем калечить своих детей и преподавание болгарского языка в наших школах считаем не нужным. Наши дети, изучая болгарский язык, не успевают по русскому, а не умея читать и писать по-русски, не могут учиться в средних и высших учебных заведениях. В Болгарию нам ехать уже не придётся, да и незачем.

И решили просить райОНО о присылке русских учителей».

В результате политика коренизации была постепенно свёрнута, но полностью перегибы в советской национальной политике были исправлены лишь к концу 1930-х годов. В качестве наглядного примера можно взять тексты из 1-го и 2-го издания Малой советской энциклопедии про того же Богдана Хмельницкого. В 1-м издании (соответствующий том вышел в 1931 году) про него сказано дословно следующее:

«Предав крестьянскую революцию, обратившись к крепостнической Москве за помощью (1654), Хмельницкий смотрел на Москву как на орудие для осуществления своих политических планов — захвата роли правителя-самодержца в новом казацком государстве...

Хмельницкий стал подыскивать нового, более сильного союзника в борьбе с крестьянской революцией, чем Польша, и нашёл его в лице крепостнической Москвы, давно зарившейся на украинские земли. Дворянская Москва надеялась, начав войну с поляками, получить подступы к берегам Балтийского моря. В 1664 в Переяславле был заключён договор, по которому левобережная Украина переходила в московское подданство; Москва обязывалась сохранить права казацкой верхушки на земельные поместья, отобранные у шляхты, и крепостной труд. Основная сила революции — крестьянские украинские массы, — оказалась преданной, и крепостнические отношения восстановленными».

То есть, если верить тогдашним «историкам-марксистам», вместо борьбы с поляками Хмельницкий только и мечтал, как бы половчее предать «крестьянскую революцию» и в итоге сдал Украину «крепостнической Москве». Весьма показательно, что в качестве источника в этой энциклопедической статье указана книга Михаила Грушевского «Очерк истории украинского народа». Того самого Грушевского, который в 1917 году был председателем Центральной Рады.

А вот текст из 2-го издания Малой советской энциклопедии (1947 год):

«Великий украинский государственный деятель и полководец, пламенный патриот своей родины, руководитель борьбы украинского народа против польско-шляхетского гнёта и основоположник союза братских народов — украинского и русского...

Учитывая трудности борьбы украинского народа в сложной международной обстановке, Хмельницкий ещё раньше обратился за помощью к Русскому государству. Мудрость и прозорливость Хмельницкого как политического деятеля наиболее ярко проявились в том, что он понимал огромнейшее значение воссоединения украинского и русского народов в одном государстве для будущих судеб украинского народа и его культуры... Присоединение Украины к России помогло украинскому народу избежать порабощения со стороны шляхетской Польши или султанской Турции; украинский народ воссоединился с братским ему русским народом. Поэтому присоединение Украины к России, которому содействовал Хмельницкий, было актом огромного прогрессивного значения; оно было оформлено на Переяславской раде 8–9/I 1654».

Как мы видим, оценка деятельности Богдана Хмельницкого поменялась на прямо противоположную: ни о каком «предательстве крестьянской революции» речи больше не идёт, воссоединение Украины с Россией оценивается однозначно положительно. Увы, чтобы такое «переосмысление» стало возможным, понадобился пресловутый «свежий ветер 1937 года». Однако когда читаешь вот такие откровения русофобов из числа большевистских теоретиков, поневоле приходишь к выводу, что не расстреливать их было просто нельзя.

Игорь Пыхалов

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Эхо истории
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
20.1.2020 Сергей Лебедев
Эхо истории. Польша отмечала как праздник начало Второй мировой войны, но не отмечает юбилей освобождения свой столицы и не будет отмечать день Победы 9 мая. Недаром экс-кандидат в президенты от партии «Национальное движение» Мариан Ковальский сказал: «Этих торжеств вообще не должно быть. Полякам нечего праздновать. Польша проиграла Вторую мировую войну». Их право. Зато Россия не отмечает начало войн. Она отмечает их победное завершение.

18.1.2020 Андрей Дмитриев
Медведеведение. Вспомним, как скакнул вверх рейтинг Дмитрия Анатольевича после Пятидневной войны. Сейчас такого на горизонте не видно, да и, похоже, не рискует Кремль досаждать уважаемым западным партнёрам до такой степени, что даже народные республики Донбасса не признает. Но зато Медведев может дать приказ вдарить по очередным «бармалеям» хоть в Сирии, хоть в Ливии, хоть в ЦАР, и это будет воспринято на ура.

14.1.2020 Саид Гафуров
Интервью. США очень сильно облажались. Когда они узнали, что в результате удара погиб Сулеймани, то пришли в ужас, потому что ни в коем случае не хотели убивать политика такого уровня. Трамп почувствовал себя виноватым и в ходе шедших в закрытом режиме переговоров передал – «можете бомбить нашу базу, мы людей выведем, вам ничего не будет».

13.1.2020 Юрий Нерсесов
Эхо истории. Вы будете смеяться, но обнаружен очередной источник, откуда черпает информацию коллектив авторов, известный под псевдонимом Владимир Мединский. Сравнив подписанный тогда ещё скромным депутатом Госдумы от «Единой России» трактат «О русской угрозе и секретном плане Петра I» и не менее внушительный талмуд «Франция. Большой исторический путеводитель» некоего Аркадия Дельнова, я сразу заметил сходство отдельных фрагментов.

10.1.2020 Андрей Дмитриев
Петербург+Ленобласть. Беглов больше не пристает к детям и собачкам на улицах, анонсированные чистки и кадровые перестановки в целом обернулись пшиком, и сам он стал похож на вечно спящего Полтавченко. Более энергичный дядя Саша - Дрозденко - хочет баллотироваться в губернаторы 47-ого региона, но не факт, что имеет такое право по закону, а до кучи засветился с коллекцией роскошных часов.

7.1.2020 Владислав Шурыгин
Интервью. Были иллюзии, что можно договориться, сегодня ясно, что никто с нами договариваться не собирается. Ситуация 1935-36 годов перед Путиным стоит в полный рост. Он для себя мучительно ищет вопросы, кто же он в истории, и поэтому обращается к Сталину.

5.1.2020 Юрий Нерсесов
Общество зрелищ. Актёрам пофиг - вот они и отрабатывают номер без всякого энтузиазма. Трудно сделать красиво, когда на тебя напяливают офицерский мундир и требуют изображать хипстера, бегущего на митинг Навального под несуразные для XIX века мелодии «Наутилуса» и «Мумий Тролля».

29.12.2019 Михаил Трофименков
Интервью. В своих представлениях о соотношении кино и реальности Сталин был гениальным продюсером и, прежде всего, гениальным зрителем, смотревшим кино глазами «простого» советского человека – не идеального, а ещё не свободного от простых человеческих слабостей. Например, облизнуться на ножки Любови Орловой или во вторую годовщину Победы сходить не на военную монументалку, а на милую «Золушку».

26.12.2019 Юрий Нерсесов
Политический зоосад. Конечно, некоторая разница между шимпанзе Майком, моим приятелем и господином Мантуровым, имеется. Первые поднялись из низов – один, используя канистры, второй, поигрывая золотой цепью. У министра биография иная: он прошёл во власть как потомственный советский аристократ.

26.12.2019 Сергей Беляк
Интервью. Ленинград-Петербург никогда не был центром преступного мира страны. Оставьте эту сомнительную славу Москве или тому же Иркутску, где существовало в те годы гораздо больше различных преступных группировок и совершалось в разы больше тяжких преступлений, связанных с ними. А Питер можно было сравнить по этим показателям с Рязанью или Новосибирском.