2007-08-28 Марина Славкина, Герхард Краузе

О крахе фирмы ООО «Петер Дуссманн» не пишут разве что только те журналисты, которые несколько лет назад корпели над ее продвижением. О том, как все заинтересованные лица дружно отрекались от этого имени, прочесть сегодня можно в любой газете. Но нас интересует вопрос: как отразится провал «коммунальной революции», начавшейся в канун губернаторских и думских выборов 2003-го года, на результатах ближайших думских выборов? Останется ли губернатор Матвиенко одна, как у разбитого корыта, за все в ответе? И почему?

Фокус с «Близнецами»

Когда в 2003 году руководство «Единой России» и Международного благотворительного фонда «Близнецы Мира» учреждали некоммерческое партнерство Фонд «Единство», в уставных документах фонда не было ни слова ни о создании товариществ собственников жилья, ни о коммунальном хозяйстве, а разве что (в контексте вещей сугубо материальных) о помощи членам Фонда.

Посетив официальный сайт МБФ «Близнецы Мира» (он же The Kiwanis-Twins Club of St.Petersburg), тексты которого изобилуют наивными грамматическими ошибками как на английском, так и на русском языке, можно узнать, что проблем у близнецов едва ли не больше, чем у представителей сексуальных меньшинств. Форум сайта заполнен объявлениями следующего образца: «Братья Эрик и Виктор Бражулисы хотят познакомиться с девчонками – двойняшками».

Пытаясь понять, зачем и почему накануне выборов «Медведи» сошлись с «Близнецами», журналисты изобрели каламбур, сравнив с близнецами Александра Володькина и Владимира Конюхова, один из которых генеральный директор, другой – его заместитель, и наоборот – в «Единстве» и ООО «Петер Дуссманн». Однако, говоря о «Близнецах-Киванисе», подразумевать следовало бы не тандем, не двойню, а тройняшек: неразлучных и известных по всему миру партнеров Ротари-Клуб (Rotary International), Киванис (Kiwanis International) и Лайонз (Lions).

Первый из этих VIP-клубов, по крайне мере на словах, ратует за возрождение меценатства и кодекса чести джентльменов среди предпринимателей и политиков. Второй занимается проблемами детей и улучшением качества жизни, так сказать, в мировом масштабе. Говорят, что Киванис в России заодно решает проблемы трудоустройства бывших комсомольских кадров, каковым, к примеру, является господин Конюхов, начавший свою карьеру начальником штаба молодежных оперативных отрядов Оргкомитета Олимпиады-80. И, кстати говоря, именно Конюхов, на тот момент возглавлявший неприметную берлинскую фирму DWRF Handels GMBH, возил на экскурсию по «империи Дуссманна» господ Амосова и Лукманова, дабы те дали проекту ход.

Третий из клубов – Лайонз, как разъясняется на сайте ростовских ротарианцев, - устроен по принципу профессиональной ассоциации, такой, как и другие профессиональные «ассоциации торговцев недвижимостью, архитекторов, строителей, бухгалтеров и т. п.», оказывающие неоценимые услуги первым двум. Почему именно «торговцев недвижимостью, архитекторов, строителей…», а не, допустим, «производителей продовольствия, ювелиров и станкостроителей»? А оказывается, человек, при содействии которого вхождение в российский рынок компании Дуссманна приобрело политический характер, – влиятельнейшая персона в германском отделении Лайонз.

Планы «прусского короля»

Надо полагать, что нынешний министр регионального развития Владимир Яковлев и тогдашний министр транспорта, строительства и жилищного хозяйства Германии Манфред Штольпе могли встречаться задолго до подписания ими в феврале 2005 года соглашения о партнерстве в деле реформирования местного самоуправления и коммунального хозяйства. Герр Штольпе не раз бывал в Петербурге в бытность Владимира Яковлева губернатором на мероприятиях экономического форума, проходивших тогда в Таврическом дворце.

Именуемый германской прессой «прусским королем» (со времен объединения и незадолго до обретения министерского портфеля он был прьемьер-министром одной из самых непредсказуемых в политическом смысле земель Германии - Бранденбурга), Манфред Штольпе имел большие планы по части германо-российских сношений. Он предлагал основываться в Бранденбурге российским студентам и инновационным компаниям, обещая последним поддержку на государственном уровне и «целый ряд рыночно-психологических преимуществ». При этом герр Манфред рассчитывал, что и российские власти со своей стороны будут содействовать немецким предпринимателям и студентам, которых ему хотелось видеть (по странному стечению обстоятельств) точно там же, где расположились в России в последствии родственные структуры компании Дуссманна – в Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске.

Но больше всего господина Штольпе увлекали крупные инфраструктурные проекты, которые, как «маяки», имели бы большой политический вес и, надо полагать, не были бы обойдены вниманием СМИ. Еще никем не утвержденную, а только обсуждаемую на уровне проекта программу строительства высокоскоростной железнодорожной магистрали Москва — Минск — Варшава — Берлин — Брюссель — Париж, ему тут же не терпелось продлить прямиком до Екатеринбурга. Какой, казалось бы, уж немцу-то от этого резон? Ан, нет, ему мечталось «через совместное планирование» и магистральное строительство по-настоящему сблизить Восток и Запад. Да так, чтобы и в области культуры, взамен утраченных позиций по культурному обмену между СССР и ГДР, между Россией и Германией возникло такое «сотрудничество, от которого исходила бы символическая сила». Подробней обо всем этом можно прочесть в докладе Штольпе, вывешенном на сайте Института Европы.

На какую именно «символическую силу» возлагал свои надежды «прусский король», выдвигая «идею создания так называемой магистрали via hanseatica», которая должна была бы связать железнодорожным полотном Санкт-Петербург, Ригу, Калининград и далее через Щецин дойти до Любека, нам не известно. А было бы известно, что и идея хороша, и сила эта действенна, непременно стоило бы рекомендовать президенту Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка, члену экспертно-правового Совета при полномочном представителе Президента РФ в Центральном федеральном округе и ветерану КГБ Виктору Шевченко вручить господину Штольпе очередной свой орден Петра Великого. И его преемнику в правительстве Бранденбурга Маттиасу Платцеку тоже вручить. И не посредством российского посла, а лично: не все же представителям академии летать с наградами на Мальту да в Нью-Йорк.

Однако с польской стороны, на которую очень рассчитывал герр Манфред в плане осуществления калининградских прожектов ЕС, России нынче угрожают американскими военными базами. И хотя про программы приграничного сотрудничества на уровне ЕС- Россия давно уж ничего не слышно, думается, что господа Платцек и Штольпе не слишком пострадали в процессе политических перемен. Ведь даже после провала Социал-Демократической партии Германии на выборах они сохранили свои посты, причём предшественник Платцека на посту лидера этой партии является вице-премьером в правительстве Ангелы Меркель.

Притча про бранденбургского мясника

Возможно, некоторые активисты эсдеков по-прежнему ценятся не только в Германии, но и, так сказать, на глобальном и интернациональном уровне. Это-то последнее обстоятельство ужасно раздражает некую группу интеллектуалов, как раз из того самого города Любека, до которого Штольпе мечтал дотянуть рельсы от Петербурга. Враги готовятся издать на Штольпе и Ко 600-страничный «компромат», а походя публикует отрывки своих изысканий на сайте «Любекская всячина». Чего только стоит рассказанная любекскими конспирологами история о том, как местный прокурор в прямом эфире одной из телевизионных передач отказался комментировать сведения, задевающие бывшего премьера Бранденбурга, и, «чуть ли не выпрыгнув из штанов», объяснил, как нелегко пускать в оборот санкции в отношении человека, который сам тебя «посвятил».

В самом деле, можно не доверять любекским конспирологам, в силу того что, как свидетельствует расхожее мнение о конспирологах вообще, они могут быть столь же привержены символизму, мистике и соответствующим преувеличениям, сколь и «опекаемые» ими масоны. Ведь Штольпе ничуть не скрывает своего членства в Лайонз. Его имя совершенно открыто числится в списке видных деятелей этого клуба. А на официальном сайте земли Бранденбург вывешена речь герра Манфреда, сделанная перед Лайонз-Клубом в городе Миндене в Вестфалии. И в ней, между прочим, присоединение Миндена к Бранденбургу после Тридцатилетней войны трактуется не иначе, как единение Востока и Запада, а само это объединение – в контексте последующего возникновения Пруссии.

Представьте, каким магическим примером-формулой иллюстрирует принцип своей работы Лайонз-клуб: вчера бранденбургский мясник просил у наших членов о незначительной относительно курса марки финансовой помощи на открытие своего предприятия, сегодня этот друг Лайонз жертвует 22 тысячи евро на детский сад. Суть дела не в деньгах и не в костюме с узором в тонкую полоску; главное – это готовность служить другим и хорошие идеи!

Не правда ли, грех не поверить!? И возвращаясь к «детскосадовским» пробелам у наших героев в Петербурге, логично было бы предположить: возможно ли такое, чтоб питерские «единороссы» и «Близнецы» к моменту учреждения НП «Фонда «Единство» всего лишь мечтали о таком же вот бескорыстном служении ближним на условиях такой же вот взаимопомощи? А после и «хорошая идея» как раз оказалась на подходе. И отчего же было бы петербургским «медведям» не поверить в то, что и они ничуть не хуже бранденбургского мясника!

Цена политического «слабо?..»

Когда бывший петербургский губернатор, а ныне жилищно-коммунальный министр Владимир Яковлев два года назад на совместной пресс-конференции объяснял Штольпе, насколько велика запущенность нашей коммунальной сферы, со стороны казалось, что немец уговаривает Владимира Анатольевича поверить в собственные силы. Вам нужны «яркие положительные примеры» и «политическое мужество», говорил Штольпе. Но разве ж это самое мужество петербургская администрация не проявляла, делегировав специальным постановлением свои права Фонду «Единство» при формировании ТСЖ в Адмиралтейском районе гораздо раньше? Вот только Федеральная Антимонопольная служба почему-то так и не смогла это самое мужество оценить по достоинству.

Но и того оказалось мало. Через год после подписания международных соглашений на уровне Яковлев – Штольпе, а также на уровне Dussmann AG – Администрация Санкт-Петербурга, ООО «Петер-Дуссманн» добилось куда более весомой и материальной привилегии: город передал компании в доверительное управление нежилые помещения. Тот год понадобился петербургской администрации на внесение поправок в соответствующие статьи законодательства. Однако на это, собственно, глава немецкого концерна имени себя с годовым оборотом в полтора миллиарда евро Петер Дуссманн и рассчитывал в плане окупаемости проекта, иначе бы и не инвестировал: ведь он же не мифический бранденбургский мясник из воззвания Лайонз.

И в то же время герр Дуссманн не такой уж уставший от жизни старичок, каким его нам пытается преподнести пресса со слов бывшего директора петербургского филиала компании Александра Володькова. Мероприятия, которые регулярно происходят в берлинском Kulturkaufhaus Dussmann, говорят об обратном. Все эти ежегодные джазовые фестивали и выставки экзотических гробов, вся эта вышколенная армия всяческой обслуги; работа самого Дома культуры Дуссманна в дни больших праздников, что против правил добропорядочного бюргерства, поддерживаемых к тому же европейскими профсоюзами... Посмотришь и начинает казаться, что дедушка по темпераменту вполне бы мог сойти за своего среди самых продвинутых тинэйджеров или даже антиглобалистов.

И точно также кажется, что если уж герр Дуссманн заботится об имидже своего концерна, о собственном реноме, то ни за что не поскупится. Ничто не остановило его, когда он хотел потратить 125 тысяч евро на изготовление копии бесследно исчезнувшей во времена войны статуи Готической Фортуны, чтобы торжественно установить ее заново в Берлине. И если у него имеется пара «лишних» миллионов, он может позволить себе дать эти деньги актерам берлинской оперной сцены, так пострадавшим при объединении балетных трупп и выдавливании «возрастных» служащих, происходившим чуть ли не под эгидой россиянина Владимира Малахова.

Но может быть, здесь кроется подвох? Возможно, Дуссманн настолько молод, насколько готов откупиться от немолодых балерин в пользу чего-либо авангардного? К примеру, чтобы созерцать на сцене традиционной Опера Линден свою не менее известную однофамилицу, солистку Венского театра Сильвану Дуссманн в образе Нормы и наперевес с автоматом Калашникова? Не родственники ли они, спросит читатель – но нам это неизвестно. Семейный бизнес устроен так, что в нем нашлось место и фрау Дуссманн. Ныне она является хозяйкой небольшого элитного ресторанчика фаст-фуд из разных стран. Это заведение находится в двух шагах от американского посольства в Берлине, и, кажется, что даже и «репертуар» его был выбран с таким расчетом, чтобы госпожа Дуссманн смогла заполучить американского посла в качестве постоянного посетителя.

При этом много ли потеряет «продвинутый» во всех отношениях Петер Дуссманн из-за неудач в России и Петербурге? И пусть даже он искренне полагает, что петербургские «медведи» в лице гражданина Володькова его «обманули», и также, возможно, что косвенно его «подвели» Лайонз, Киванис или Ротари. Но что Дуссманну после всего этого остается? Как ни была бы Валентина Ивановна верна в своем покровительстве по отношению к концерну, а его главе она не все-таки не родственница и даже не однофамилица.

И вот еще вопрос: а почему Валентина Матвиенко так осторожно и с придыханием относится к имени Дуссманна, которое не то чтоб, как «маяк», но так, как будто бы Сусанин, вело, вело ее куда-то?.. Из-за ее настойчивости поневоле напрашивается страшная мысль: неужели петербургский губернатор боится масонов?!