АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Суббота, 23 марта 2019 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Записки адвоката Беляка. Часть 20
2013-06-17 Сергей Беляк
Записки адвоката Беляка. Часть 20
Жириновцы-2

Продолжение. Части 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19

Да, Жириновский, как и любой вождь, ловко использовал людей (их опыт, знания и мысли), в то время как они думали, что чему-то его учат, что-то ему советуют, а потому, дескать, могут называться его учителями или советниками. Должности "советников" Вольфович раздавал и раздает налево и направо, как медальки. Но, если поговорить с ним по душам, то он вряд ли кого-нибудь всерьез назовет своим советником. Как и своим другом.

И никакие имиджмейкеры ему тоже никогда не были нужны, в принципе. Потому что его образ сформировался раз и навсегда еще тогда, когда он только задумывался о занятии политикой и ходил пробовать свои силы на Пушкинскую площадь к "Московским новостям" или к фонтану у Тверского бульвара, где стихийно собирались толпы советских граждан, обсуждающих события в Нагорном Карабахе и спорящих друг с другом до хрипоты на самые разные политические темы.

Хотя среди жириновцев, как нынешних, так и бывших, нет-нет, да и найдется кто-нибудь, кто начинает приписывать себе лавры "имиджмейкера Жириновского".

Например, мне неоднократно приходилось читать и слышать, как нечто подобное говорит о себе Сергей Жариков.

Вот что он рассказывал летом 2012 года (ровно через 20 лет после своего сотрудничества с Жириновским), отвечая на вопросы молодых, двадцатилетних, журналистов радиостанции "Маяк".

Ведущий: "Очень хочется прояснить пару моментов. В 89-93 годах Вы работали советником, спичрайтером и имиджмейкером Владимира Вольфовича Жириновского?.."

Жариков: "Ну, я туда попал, да. Совершенно случайно, на самом деле. Попал в самом начале, когда эта партия организовалась…"

Ведущая: "Забавно. Неужели Владимир Вольфович это тот человек, которому нужен спичрайтер?”

Жариков: "Дело в том, что он и не был лидером партии. Вернее он был лидером. Но не был ее Председателем. Партия называлась ЛДПСС, и Председателем ее был Ахмет Халитов. А Жириновский был, как бы такой... фронтмен. И мы поддерживали в восьмидесятых годах… с группой "Союз"… ездили и поддерживали в союзных республиках русскоязычное население… Вот мы придумали этот Советский Союз с территорией Казахстана, с Финляндией, вместе с Аляской… Вот мы придумали водку "Жириновский", придумали этот герб с соколом, который летит над огромной страной… Я был редактором газеты "Сокол Жириновского", я сам ее издавал. И название ее мы придумали…"

Нет смысла продолжать цитировать этот полив дальше, потому, что уже и так очевидно, что он напоминает то, что рассказывал о себе различным простакам знаменитый барон Мюнхаузен. Хлестаков нес подобное в состоянии сильного подпития, а Мюнхаузен, как и Жариков - на трезвую голову.

Если бы все это услышал Жириновский, он… нет, не подал бы на Жарикова в суд и даже бы не рассердился. Вольфович спокойно относится к тому, что люди пытаются заработать на его имени. Но, уверен, такие заявления Жарикова сильно бы его повеселили. Ведь Жириновский, лучше других знает, что каждый человек подвешен на каких-то ниточках, и только надо знать - на каких. Чтобы ловчее за них дергать. А тут - все, как на ладони.

Конечно, никогда бывший председатель подмосковного колхоза Ахмет Харисович Халитов не являлся Председателем ЛДПСС.

И конечно, при всех бесчисленных талантах Жарикова, он не имел никакого отношение ни к гербу Либерал-демократической партии с соколом, парящим над страной размером от Финляндии до Аляски, ни, тем более, к водке "Жириновский".

Потому что, на самом деле, Сергей впервые появился в штаб-квартире партии в Рыбниковом переулке незадолго до начала выпуска газеты "Сокол Жириновского" (а она стала издаваться пресс-службой ЛДП весной 1992 года) и проработал там лишь до ноября того же года, пока Жириновского не покинул руководитель этой пресс-службы Андрей Архипов, который и привел Жарикова в партию. Тогда же, в ноябре, вышел и последний, пятый, номер "Сокола".

То есть, если говорить правдиво, активное участие Сергея Жарикова в деятельности ЛДП ограничивается всего лишь восемью-десятью месяцами 1992 года.

А между тем, герб партии и ее флаг были утверждены Жириновским еще в августе 1991 года!

И в приказе Высшего Совета ЛДПСС от 6 августа 1991 года "Об официальной символике партии" прямо указывалось: "Символика разработана Архиповым Андреем Вячеславовичем. Художник-дизайнер флага - Артем Караваев. Художник-дизайнер герба - Александр Хромов".

Впрочем, я не исключаю, что, общаясь с Жариковым до этого уже года два, жириновец Архипов вполне мог позаимствовать у него идею о вот такой огромной стране с Финляндией и Аляской и реализовать ее потом на гербе ЛДП. Но подтвердить это может только сам Андрей. А он об этом не говорит ни слова.

Что же касается идеи выпуска водки "Жириновский", то она, хотя и давно витала в воздухе (в виде шутки про водку “Жириновку” - так же называлась и знаменитая фуражка Вольфовича тех лет), но реально возникла уже после того, как ЛДПР победила на выборах в Думу. Тогда и пришли к Вольфовичулюди с этой идеей и необходимыми для ее реализации средствами. Да и сама эта водка появилась только во второй половине 1994 года.

Кстати, я был одним из первых, кто попробовал ее на вкус – ту, рязанскую, первого разлива водку “Жириновский“, выпуском которой занимался со своими друзьями-предпринимателями Андрей Лосев - первый руководитель аппарата фракции ЛДПР в Государственной Думе.

Ну, и, разумеется, никогда Сергей Жариков не являлся ни спичрайтером, ни имиджмейкером Жириновского.

Он и познакомился-то с ним, как я уже сказал, благодаря Архипову, когда Вольфович уже был на всю страну известным политиком, - таким, каким мы его и знаем до сих пор. А сам Андрей впервые встретился с Жириновским только весной 1991 года.

Впрочем, сейчас Жариков рассказывает, что появился в партии Жириновского в 1989 году (тут он перещеголял даже фантазера Венгеровского!) А ведь именно так он и написал в своей биографии в Википедии, - в этом сетевом паноптикуме людских амбиций и тщеславия!

Хотя, время тоже берет свое, и многое, конечно, забывается: даты и события путаются, лица и фамилии людей стираются в памяти.

Но все равно я не понимаю, зачем Сереге, заслуги которого в популяризации Жириновского и его партии и без того велики и всеми признаны (и я бы назвал его и Архипова именно пиарщиками Жириновского - просто тогда мы еще не знали такого слова), приписывать себе сейчас то, чего не было в действительности, подтасовывать даты и факты!..

А теперь, ко всему прочему, он еще и заявил, что пришел в ЛДПСС... по заданию КГБ.

Жаль, что до этого не дожил Венгеровский, - вот бы он порадовался. Хотя позлословить сейчас на эту тему и без него будет кому. И хорошо, что не дожили до этого Сережа Курехин и Егор Летов, для которых, бесспорно, такая новость была бы не из разряда приятных.

Вот что он сам пишет об этом в своем блоге в ЖЖ:

"А попал я к Жирику по направлению Гнилой Гебушечки, усилиями своего куратора Володи, будучи под т.н. прокурорским надзором, и выбора у меня не было. Кому интересно, его знают и Архипов, и Серёжа Беляк, которому он в 90-е предлагал создать адвокатскую контору. Он ходил, кстати, - и что нереально доставляет, - на наши думские посиделки второй половины 90-х вместе со своим начальником Иваном Абрамовым. До того, правда, момента, как его убили свои же, что неудивительно для этих ублюдков, и я, пользуясь случаем, хочу сказать: будьте вы все прокляты, сраные, подлые и гнусные "чекисты", и пусть дети ваши будут калеками! Ваша жизнь - жизнь услужливой собаки. Ваш хлеб - предательство. Идите нахуй со всеми своими безумными стукачами, которыми вы меня окружали десятилетиями!.."

Здесь я выдержу паузу и скажу следующее.

Да, действительно, я помню какого-то молчаливого алкашеского вида Володю, которого встречал пару раз у Жарикова дома в конце 90-х, когда тот перебрался жить на Рязанский проспект. И даже с ним выпивал.

В то время мы с Жариковым и сами часто, и совсем не слабо, выпивали под закуску, которую только успевала подносить нам на стол его заботливая жена Катя. А какие удивительно вкусные котлеты стряпала его мама!.. Хотя, признаюсь, и Катя пекла такие аппетитные пирожки и варила такое бесподобное харчо, что четыре бутылки "московской" уходили у нас за раз и нисколько не мешали "трындеть про рокенрол" или вести многочасовые беседы на философские, политические и прочие интересные темы.

Да, я помню, как однажды этот Володя, сидя на жариковской кухне, заплетающимся языком рассуждал о создании адвокатской конторы с моим именем на вывеске, но под "крышей" чекистов. Однако так как я никогда не видел себя в роли руководителя кого-либо и чего-либо, и не стремился к этому, то пропускал Володин треп мимо ушей.

К тому же, подобную адвокатскую коллегию с массой консультаций на местах уже создал с помощью Сергея Степашина (недолгое время возглавлявшего чекистское ведомство) некто Юрий Кастанов, о чем я узнал и в 1994 году рассказал журналистам "Московского комсомольца".

И тогда чуть было не разразился скандал: виданное ли это дело, чтобы спецслужбы сами создавали адвокатскую коллегию, материально и кадрово обеспечивая ее деятельность?! И когда после этого мне стало известно, что Кастанов представляет интересы известного советского диссидента Сергея Григорьянца (на которого вдруг посыпались одна за другой неприятности), я даже этому не удивился.

Потом, много лет спустя, Кастанов представлял интересы Гарри Каспарова в деле против прокремлевских нашистов, и догадайтесь, кто выиграл? Правильно, нашисты.

И, разумеется, ни Кастанов, ни его адвокаты-чекисты, ни их покровители с Лубянки так и не подали на меня в суд за клевету, постаравшись просто тихо замять эту всплывшую отвратительную историю. И замяли.

Но, что удивительно, ни одного правозащитника, ни одного нашего либерала эта история тогда не заинтересовала, хотя "МК" все они читали регулярно!

Однако прошли годы, либералы лишились власти, и теперь, бедные, не поймут, чего это их так однообразно-бездарно защищают адвокаты-полузащитники, и откуда следственные органы так хорошо обо всем осведомлены?..

Еще один раз я видел загадочного жариковского Володю в Госдуме на слушаниях, которые проводились комитетом по Геополитике.

Но я не могу подтвердить того, что данный человек являлся "гэбэшным куратором" Сергея Жарикова, как и то, что он направил Жарикова к Жириновскому в 92-м году (когда КГБ уже и не существовал), а тем более - в 80-х, когда Сергей занимался еще музыкой.

Мне ничего подобного Володя не рассказывал, и потому я не могу выступать тут свидетелем.

Тем более что ни юрисконсульт Жириновский, ни агроном Халитов, ни офицер Дунец, ни физик Жебровский, ни внешторговец Богатый в число фанатов группы "ДК" никогда не входили, и про ее лидера Сергея Жарикова до 1992 года слыхом не слыхивали.

К тому же и "под прокурорским надзором" он оказался, по его же собственным рассказам, лишь в 1993 году, как редактор журнала "К топору", первый и единственный выпуск которого (сразу под номером «5») появился в марте 1993 года, то есть - уже после создания Архиповым, Жариковым, Митрофановым, Венгеровским, Лимоновым и Ко своей партии, и даже - после размежевания с Лимоновым. Кстати, в редакции журнала был опять же все тот же вездесущий Архипов, но он "под прокурорским надзором" почему-то не оказался.

И вообще, я впервые услышал от самого Жарикова, что он "сотрудничал с КГБ" всего года три назад, когда этот Володя уже давно умер.

Я приехал тогда к Жарикову не один, а с Сашей Волковым (нашим общим другом, художником-дизайнером) и моим товарищем Алексеем Разуковым. И вдруг за разговором, после пары бутылок сухого вина, Серега заявил, что в 80-х годах "работал на Контору" и рассказал, чем там занимался. Мы с Волковым ошалело уставились на него, не понимая, зачем он это сказал, и тем более - в присутствии постороннего человека. А Разуков от неожиданности чуть было не подавился куском мяса.

Потом всю дорогу, пока я развозил ребят по домам, мы обсуждали услышанное, и я пришел к выводу, что Жариков просто ляпнул это спьяну.

"А может его приперло? И он решил покаяться? - Предположил Разуков. - Ведь сколько лет он обвинял в сотрудничестве с КГБ того же Троицкого..."

"Нет, ты просто не знаешь Серегу. Жариков - великий мастер... мистификаций!"

В этом меня поддержал и Волков.

Но мне все равно до сих пор трудно объяснить, зачем понадобилось Жарикову все это теперь писать и говорить (а я вижу во всех его словах массу нестыковок, что заставляет меня сомневаться в правдивости его утверждений). Возможно, это просто усталость и раздражение от того, что после двух ярких моментов в его жизни (занятий музыкой и работой с Жириновским) ничего даже близко похожего уже, к сожалению, не произошло.

С другой стороны, ясно, что Жариков ностальгирует по тем временам, когда он общался с Вольфовичем, вспоминая о них, как о чем-то наиболее интересном (для большинства людей) и важном в своей биографии.

"Я никогда не был членом партии, - пишет он, - но входил в т.н. "теневой кабинет" - весьма неплохой ход, который придумал Митрофанов, чтобы подальше отвязаться от т.н. "высшего совета" с Жебровским, Венгеровским и прочими коммуняками, издававшими тогда унылый вестник "Правда Жириновского". Неумный, но страшно завистливый Венгр - не без помощи "высшего совета" - стал, что называется, "расти", наезды на наш медийный авантюризм участились, издание моего "Сокола Жириновского" они пытались несколько раз приостановить, но Жирик каждый раз был против… Отдавая, наконец, должное артистическому таланту Жириновского и редкому для рашки его умению ситуативно рисковать..., тем не менее, он потерял для меня всякий интерес. Да, я когда-то рассматривал его как свой персональный арт-проект, где я был кагбе продюсером…"

Ну, про "свой персональный арт-проект" и про "кагбе продюсера" Жарикова уже, в общем-то, говорилось. Про покойного Венгеровского тоже сказано было немало. Только стоит напомнить, что именно с "неумным, но страшно завистливым Венгром" Жариков и Архипов и будут создавать свою партию после ухода от Жириновского.

Газета же "Правда Жириновского" в 1992 году еще не издавалась. Она появилась гораздо позднее. А в указанный период официальным печатным органом ЛДПСС являлась газета "Либерал", редакторами которой были Халитов и Жебровский. И "Сокол Жириновского" выходил как раз в качестве приложения именно к газете "Либерал".

Тираж "Сокола", открою тайну, никогда не превышал тысячи экземпляров, хотя в ее выходных данных значилось иное.

Например, вот такое: "Тираж 837 500 экз. Цена свободная. Мусохранская районная типография, г. Мусохранск Ямало-Ненецкая Автономная область".

И еще: "Специальный выпуск газеты "Либерал" подготовлен пресс-службой ЛДП. Главный редактор Сергей Жариков. Ответственный за выпуск Андрей Архипов".

И как к этому стебу следовало относиться Жебровскому, Халитову, Минакову и всем прочим жириновцам, мечтавшим превратить свою партию из маргинальной в парламентскую? Просто одни верили в это чудо, а другие (Архипов, Жариков, Дьяков, Плеханов, Митрофанов, Венгеровский etc) - нет.

Что же касается так называемого "теневого кабинета", то его идея хотя и действительно принадлежала Митрофанову, но создание такого "кабинета" было продиктовано исключительно соображениями пропаганды партии, но не попыткой противопоставить этот виртуальный орган реальному Высшему Совету ЛДПСС и, как пишет Жариков, "коммунякам" в нем во главе с Жебровским.

Жебровский-то как раз вошел в список "министров" этого "теневого кабинета" (Эдуард Лимонов в своей книге "Лимонов против Жириновского" приводит весь список целиком, и Жебровский там присутствует).

Сообщение о создании Жириновским такого "кабинета" появилось в СМИ 22 июня 1992 года. А Жариков, видимо, вспоминает о тех далеких уже событиях по знаменитому ныне фотоснимку "теневого кабинета", который был сделан чуть позже, и на котором Станислав Жебровский отсутствует. Но скромный, погруженный в повседневные партийные заботы Жебровский просто не захотел тогда ехать в фотоателье, потому что не предполагал (как и многие другие жириновцы), что эта обычная фотосессия в ателье у Бутырской тюрьмы будет потом названа кем-то "съемкой членов теневого кабинета министров Владимира Жириновского".

Итак, в июне 1992 года по эскизу, разработанному Архиповым и художником Хромовым, был изготовлен большой герб партии. На фоне этого герба Жириновский и захотел сфотографироваться со своими соратниками.

Эта фотография, теперь широко известная, была опубликована впервые лишь в январе 1994 года в газете "Известия". Опубликована, когда партия уже стала парламентской, а "министры" Архипов, Жариков, Курский и некоторые другие жириновцы, запечатленные на ней, остались на обочине большой политики.

Пояснительный текст под фотографией с указанием фамилий и "министерских постов" участников съемки написал сам Архипов. При этом (из вредности, или стеба ради) он назвал "министра" Александра Курского "Курбским", и так это потом попало в другие источники, включая и книжку Эдуарда Лимонова.

Но в момент фотосъемки мало кто из присутствующих думал о каком-то "теневом кабинете", прекрасно осознавая, что кабинет этот в полном смысле - потешный. “Команда КВН“, - назвала этот “теневой кабинет” Наташа Медведева, и была права.

Всерьез его восприняли лишь жириновцы на местах, пытаясь даже тихо роптать, почему это вождь обошел их вниманием, но дал "министерский портфель" чужаку Лимонову и каким-то неизвестным москвичам.

Да, отбор участников съемки был совершенно случайным. Если бы в центральном аппарате партии в тот момент было много людей, то, уверен, Вольфович пригласил бы в студию всех, как он пригласил через год всех жириновцев, "соколов" и сочувствующих в депутаты Государственной Думы. Но летом 1992 года в центральном аппарате ЛДПСС людей было совсем мало, да к тому же Жебровский, Минаков, Богатый и Жуковский поехать фотографироваться не смогли или не захотели. Жемло тоже не поехал, так как он сидел за секретаря на телефоне, а замены себе на два часа так и не нашел, хотя Вольфович включил и его тоже в список членов своего "кабинета" в качестве "начальника управления исполнения наказаний". (Позже, я слышал, Жемло якобы сам угодил за что-то в тюрьму. Интересно, он, бывший в кабинете Жириновского главным тюремщиком, воспользовался своим правом сидеть в камере не с обычными зэками, а с бывшими ментами?)

Управделами Минаков и сам Вольфович предлагали поехать в фотоателье и мне, но я отказался, считая, что адвокату этого делать не стоит (то есть не стоит публично заявлять о своих политических взглядах и тем более примыкать к какой-либо партии).

Не смогли участвовать в фотосессии и немногие другие близкие Вольфовичу люди, типа Михаила Дунца.

И тут на выручку, как всегда, пришел Архипов, который оповестил о возможности "сфотографироваться с Жириком" всех своих приятелей и знакомых. Именно он пригласил Александра Курского (распространявшего по Москве газеты "Либерал" и "Сокол Жириновского"), Юрия Бузова (коммерсанта, с которым познакомился всего за месяц до этого в самолете при перелете с Жириновским из Симферополя в Москву), Сергея Жарикова и Эдуарда Лимонова.

Жариков оказался там не только из-за дружбы с Архиповым, но и потому что изготавливать огромный партийный герб помогала его тогдашняя подруга - художница Ольга Померанцева (она же была и членом редакции газеты "Сокол Жириновского").

А вот поехавший было вместе с Митрофановым в фотоателье его друг Александр Филатов (будущий депутат, но тогда еще вообще никому не известный человек) в последний момент заскромничал и в исторический кадр не попал. А если бы попал, то через два года Архипов назвал бы его, наверное, "министром путей сообщения" или как-нибудь иначе.

Лимонов, которому еще предстояло познакомиться с Жириновским поближе в Париже, согласился участвовать в фотосъемке из любопытства. Еще в феврале 1992 года Лимонов признался на страницах "Московского комсомольца", что он "ищет банду, к которой мог бы примкнуть". И вот он ее нашел.

А я даже сейчас помню тот жаркий летний день, когда перед поездкой в фотоателье Эдуард появился в Рыбниковом переулке в черном кожаном пиджаке и не очень уверенно прошел по темному коридору штаб-квартиры до залитой солнечным светом приемной Жириновского...

И кто же, в итоге, попал в объектив истории? На фоне герба ЛДПСС мы видим десять человек. Сам Жириновский ("премьер-министр") стоит выше всех. Возле него с серьезными лицами, кроме Андрея Архипова ("министра информации"), стоят и сидят: Андрей Лосев (тот самый, который через пару лет будет заниматься выпуском водки "Жириновский", но не вошедший в "кабинет министров"); Ахмет Халитов ("министр продовольствия и земледелия"); Алексей Митрофанов ("министр иностранных дел") - невысокий и еще не толстый, но так зажатый со всех сторон своими крупными соратниками, что на снимке видна лишь одна его голова; Михаил Мусатов (бывший политработник Советской Армии, пришедший на съемку в черной морской форме капитана первого ранга, и названный зловредным Архиповым в "Известиях" "товарищем военного министра", следовательно, должность министра он, как бы, еще и не заслужил); Александр Курский ("министр минерально-сырьевых ресурсов") и Юрий Бузов ("министр внешней торговли"). Только не спрашивайте, зачем в новом государстве с рыночными отношениями Жириновскому понадобилось такое министерство из застойного советского периода. Должности придумывали себе либо сами "министры", либо Андрей Архипов.

Беспартийные Сергей Жариков и Эдуард Лимонов получили, соответственно, должности "министра культуры и по делам молодежи " и "директора Всероссийского бюро расследований (ВБР)".

Все - в лучших традициях "Сокола Жириновского", отпечатанного в Мусохранске.

Через три года бывший "министр" Курский с обидой мне расскажет, что встретившись спустя несколько лет с Жириновским, он вдруг услышал от него упрек за то, что, якобы, недосдал в партийную кассу в 1992-1993 годах сколько-то там рублей за проданные у музея Ленина газеты и авторучки с символикой ЛДП.

"Да ладно тебе накручивать! - Попытался я его успокоить. - Вольфович, наверное, пошутил, а ты и поверил!"

"Нет, он говорил серьезно. Какая память!.."

А для Андрея Архипова запоздалая публикация той фотографии "первых министров "теневого кабинета" Владимира Жириновского" была нужна для собственного пиара, чтобы найти себе работу в Государственной Думе. Что, в итоге, и получилось: его взял в аппарат своего комитета по геополитике коллега по "теневому кабинету" и однопартиец по ЛДПСС и Национал-радикальной партии Леша Митрофанов.

Как я уже упоминал, в 1994 году Эдуард Лимонов написал, по свежим впечатлениям, книгу "Лимонов против Жириновского" - об опыте своего общения с лидером российских либерал-демократов.

"Сергей, вот тебе привет из прошлого! - Читаю я надпись Лимонова на ее титульном листе. - Оба персонажа тебе хорошо знакомы".

Да, но в этой замечательной книге автор не только подробно рассказал о своих непростых взаимоотношениях с Вольфовичем, но и поделился впечатлениями о тех людях, кто Жириновского тогда окружал. А, как известно, короля делает свита.

"Интриган Леша Митрофанов, отпрыск "благородных" родов номенклатуры". Или еще: “Пухленький, черноглазый, восточного вида молодой человек,… одиноко живущий почему-то в огромной бывшей даче Мураховского на Николиной Горе“.

“Юрий Бузов – владелец “Вольвы“ и газового пистолета, веселый, молодой, плейбойского типа, гуляка и любитель снять “телок“…

“Седые усы и борода, зычный голос, человек положительный и неглупый, зав. отделом какого-то НИИ, а еще продает с рук национально-патриотические издания“, – это об Александре Курском.

“Вальяжный, похожий на Бабурина, Александр Дмитриевич Венгеровский, усы и бородка “эспаньолкой“, импозантный, вид барина, но “мировую закулису” своим интеллектом он не победит”…

Но больше всего места в своей книге (кроме, конечно, самого Жириновского) Лимонов справедливо уделил только двум, наиболее колоритным жириновцам того времени - Андрею Архипову и Сергею Жарикову.

"Ехидный ", - самый безобидный эпитет, которым наградил Архипова Лимонов.

Но Архипов источал не только желчь или яд, но и идеи. И если он что-нибудь придумывал, то все окружавшие его жириновцы (от Жебровского и Минакова до Митрофанова и Венгеровского) мигом разбегались по углам.

"Все они были ссыкуны, - режет правду-матку Андрей.- Боялись и чекистов, и ментов, и Ельцина, и Жириновского. Я долго не мог затащить к Жириновскому того же Жарикова, - он тоже все чего-то боялся".

"Казавшийся добрым, но оказавшийся злым сплетником, - писал об Архипове Лимонов. Это ему Жириновский обязан доброй частью “уток” и розыгрышей общественного мнения, благодаря им создалась легенда Жириновского".

О каких "утках" говорит Эдуард? Ну, например, о том, что находясь на Черном море в 1992 году, Жириновский, якобы, спас тонущего в море русского мальчика. И благодарный отец ребенка тут же вступил в ЛДПСС. (Надо понимать, Вольфович вручил ему партбилет, достав его прямо из своих плавок.)

Подобных “уток” было запущено Андреем в СМИ в период 1991-1992 годов превеликое множество. И на них попадались не только наивные обыватели, но даже, казалось бы, искушенная часть публики. Так, на “утку” о "спасении мальчика в море" попался, как самый обыкновенный лох, многоопытный журналист Андрей Ванденко.

"Да-да, было", - потупив глаза, бубнил ему в ходе интервью Вольфович, усиленно вспоминая, чего еще мог наплести по этому поводу его пресс-секретарь.

"Жирик не любил Архипова за его беспардонность", - вспоминает сегодня Жариков. И рассказывает, как однажды Вольфович позвонил ему, узнав о намерении покинуть партию, с предложением вернуться, "но без Архипова, которого он, похоже, к тому времени просто ненавидел".

Но и талантливый Сергей Жариков был кладезем идей, вызывавших то зависть, то оторопь у остальных жириновцев.

"Иронический, начитанный, болтун, сплетник, истерик, абсурдист, фейерверк остроумия, пессимист, он один из тех, кто ради красного словца не пожалеет ни мать, ни отца, ни детей, ни Историю, ни здравый смысл", - написал о Жарикове Лимонов в 1994 году.

И как же он был прав!

И все-таки, без сомнения, Жариков и Архипов были самыми яркими и талантливыми людьми (помимо самого Владимира Вольфовича) в Либерально-демократической партии за всю ее историю.

И если Жариков пришел к Жириновскому по заданию чекистов, то это даже прикольно. Ведь тогда, получается, Вольфович обязан благодарить за такого славного пиарщика Лубянку!

Так для чего же, в самом деле, посылали (если посылали) Жарикова к либерал-демократам его "кураторы"? Азефа, например, царская охранка посылала к эсэрам, чтобы развалить партию. А Жарикова - чтобы укрепить?.. Или, чтобы тоже развалить, но он просто не справился с заданием?.. И за это уволили его "куратора Володю"? А потом, подлецы, сами же и убили. Или уволили и убили его за то, что хитрый Вольфович их всех просто-напросто обыграл, вовремя удалив "засланного казачка" из партии, не позволив превратить ее в радикальную организацию типа будущей НБП?..

Интересно было бы посмотреть на приковывающих себя наручниками к дверям Минюста Митрофанова и Бузова, на бросающих яйца в Никиту Михалкова Жебровского и Венгеровского, на захватывающего башню рижского собора Святого Петра Ахмета Халитова со товарищами - Мусатовым и Минаковым!..

Дурдом!.. Или снова – ДеКа?..

И что мы имеем на выходе?

А мы имеем то, что партия Лимонова под запретом, а жириновцы - в Думе. Это Вольфович вывел их в люди и сделал политиками. Правда, политики из них получились, за редким исключением, карикатурные, но на другое трудно было ирассчитывать: Вольфович строил свою партию из того человеческого материала, который был под руками.

"На выходе у Жириновского хоть есть эффект, - ехидно замечает Архипов. - А у самоотверженных, бескорыстных и более талантливых, в массе своей, лимоновцев он - нулевой".

Андрей в равной степени не любит ни Жириновского, ни Лимонова. Но сам-то он все-таки - бывший жириновец!..

"Так-то оно так. Но только и цели у них изначально были разные", - возражаю я, впрочем, спорить не собираюсь. Архипов и сам все прекрасно понимает.

С самого начала Жириновский хотел сотрудничать с действующим режимом, чтобы встроить свою партию в существующую политическую систему. А Лимонов желал уничтожить этот режим, изменив политическое устройство в стране.

Лимонов - бессребреник, нонконформист и революционный романтик. А Жириновский, наоборот - гибкий, крайне прагматичный и очень расчетливый политик…

А добиться успеха в борьбе с режимом гораздо сложнее, чем, сотрудничая с ним, получить для своей партии место в парламенте.

И потому, наверное, Вольфовича иной раз прорывает:

"Вы въехали в Думу на моих плечах! Наслаждаетесь жизнью, черви?.."

Ведь он знает, что История помнит только победителей. Или героев.

Сергей Беляк

Продолжение следует

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Политический портрет
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
20.3.2019 Юрий Нерсесов
Наследие предков. Современная глобальная цивилизация безжалостна к традициям и воспитанные ею безродные космополиты сплошь и рядом не знают об истории собственного народа. То, что Александр Борода и Адольф Шаевич делают с «Книгой Эсфири», даже обрезанием не назовёшь – перед нами чистой воды кастрация! Не менее противная, чем издевательство над русскими былинами министра культуры России Владимира Мединского.

16.3.2019 Юрий Нерсесов
Рамзанизация. «Падишах моего народа - чеченец. - Объявил в своём блоге бывший министр обороны масхадовской Ичкерии, а ныне депутат парламента кадыровской Чечни от «Единой России» Магомед Ханбиев. - Я с русскими никогда не разговариваю. Я русским никогда слово не говорю. Я никакому русскому не сдавался. У меня не было разговора ни с одним русским генералом, ни с офицером. И я их не люблю даже сегодня. Я сын Ичкерии!» После некоторой паузы уважаемого Магомеда стали отмазывать в стиле незабвенного «Рафик ни в чём не виноват!»

8.3.2019 Андрей Дмитриев
Политический портрет. Безусловно, главной задачей Совершаевой на сегодня является успешное проведение губернаторских выборов. С чем, как уже очевидно, имеются большие проблемы. Усиление клана Ковальчуков и то, что Совершаеву называют теперь их «полномочным представителем» в Смольном, вызывает недовольство других групп влияния федерального уровня. Возможно, расклад сил изменится уже в ближайшее время.

3.3.2019 Юрий Нерсесов
Властители дум. Так сам ли Быков пишет свои книги? Или за него литературные негры строчат, как за министра культуры России Владимира Мединского? Мне страшно даже думать про такую пакость, а потому предлагаю верить в лучшее. То есть в раздвоение Зильбертруда. Или в спорящих внутри его черепушки тараканов-мозгоедов.

22.2.2019 Олег Миронов
Apocalypse now. Сурков - автор неплохих декадентских стихов и даже Агата Кристи под его патронажем записала альбом. Любопытно, что там есть такие слова: «Наш хозяин - Денница». Денница — это Люцифер. Думаю, что он применял методы добиться откровения в попытках понять, прочувствовать «русское бессознательное». Там, в этом состоянии, в этих практиках, вполне вероятно, и встретился с тем самым «хозяином».

19.2.2019 Александр Сивов
Сопротивление. Толпа регулярно скандировала частушки с упоминанием слова «Беналла». Злые языки в СМИ намекают, что Александр Беналла – любовник президента Эммануэля Макрона. Сегодня он компрометирует его не меньше, чем когда-то Распутин компрометировал последнего русского царя...

4.2.2019 Александр Сивов
Сопротивление. То, что творилось в Париже в эту субботу, 2 февраля, на так называемом «Акт 12» (двенадцатая суббота протестов), - беспрецедентно. И это при том, что последние три субботы протестных акций происходили относительно спокойно по сравнению со столкновениями 5 января. Но всё по порядку.

24.1.2019 Андрей Дмитриев
Эхо истории. 75-летие полного снятия блокады – хороший повод вспомнить о тех, кто руководил в те годы жизнью города и его обороной. Речь пойдёт об одном из ближайших соратников главы Ленинграда Андрея Жданова – втором секретаре обкома партии, генерале Терентии Штыкове. Личность весьма примечательная, оставившая немалый след не только в отечественной, но и в мировой истории.

23.1.2019 Владислав Шурыгин
Социал-дарвинизм. Всячески поддерживая и одобряя (а как иначе!?) всё задумки «ОнВамнеДимона», я предлагаю назвать этот год работы в правительстве, годом Спасения и Сохранения электроэнергии (сокращённо СС). Медведеву присвоить звание почётного рейхсфюрера СС. А к названию страны Российская Федерация, если всё у них получится, добавить гордое Konzentrationslager…

21.1.2019 Юрий Нерсесов
Властители дум. С точки зрения левых тараканов Сёмина, Фридрих Энгельс на вопрос «Наш ли Шлезвиг-Гольштейн?» должен был ответить «Наш ли Крупп?», а затем разоблачить захватническую позицию прусского империализма. Он его и разоблачал, но строго по делу.