АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Суббота, 23 марта 2019 » Расширенный поиск
ПУБЛИКАЦИИ » Версия для печати
Записки адвоката Беляка. Часть 10
2013-03-25 Сергей Беляк
Записки адвоката Беляка. Часть 10

Продолжение. Части 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9

Десять лет условно

Встречаясь с Лимоновым, я постоянно рассказывал ему о своих делах - новых и старых, и всяких историях, связанных с ними. И он, всегда с интересом слушавший все эти истории, неоднократно советовал мне записать их когда-нибудь, считая, что они не только забавны, но, часто, и поучительны.

Первый раз, помню, такой совет он дал мне в шашлычной у Красных ворот, - в самом начале 2000 года.

"Я не хочу писать о делах, - возразил тогда я. - Большинство из них освещается в прессе и нет никакого желания повторять снова все это".

"А ты и не пиши о самих делах, сказал Эдуард. - Напиши о том, что было скрыто от посторонних глаз, - что происходило "за кулисами". Именно это и есть самое интересное".

В ту дешевую шашлычную мы с Лимоновым заглянули после того, как вышли из убогого здания Басманного суда (наверное, самого убогого из всех судебных зданий в Москве и по сию пору), где я в то время участвовал в процессе по делу Михаила Куликова - бывшего капитана ОМОНа, сына генерал-полковника милиции, начальника ГУВД Московской области А.Н.Куликова.

(В 2006 году мне пришлось выступать в качестве адвоката и самого Александра Николаевича, который, будучи уже в отставке, проходил свидетелем по так называемому "делу о коррупции в ФФОМС Минздрава России" - Федеральном фонде обязательного медицинского страхования, руководители которого (во главе с А.Тарановым - другом тогдашнего одиозного путинского Министра здравоохранения М. Зурабова) обвинялись в получении огромных взяток. От тех допросов и очных ставок с участием А.Н.Куликова в Следственном комитете России моя память сохранила лишь воспоминания о следователе по фамилии Филин, который был настолько желчным, несдержанным и имел привычку задавать вопросы, недослушав до конца ответы на них, что меня так и порывало назвать его Дятлом: "Господин Дятел... ой, простите, Филин...")

А Михаилу Куликову и двум его подельникам в 1995 году инкриминировали целый ряд преступлений, начиная от превышения служебных полномочий и должностного подлога до вымогательства, мошеничества и разбоя.

В 90-е годы в России было распространенным явлением использование милиции, в том числе и ОМОНа, не только для личной охраны олигархов, полуолигархов и криминальных авторитетов, но и для "выбивания" денег с должников. И вот, Куликов-младший, поддавшись уговорам старого приятеля, в один из майских дней 1995 года поднял свое подразделение по тревоге и устроил "маски-шоу" в офисе фирмы, владелец которой не хотел возвращать долг знакомому этого приятеля. В результате чего Михаил оказался обвиняемым и просидел более года в Матросской тишине, где его избивали и пытали, вкалывая наркотики в вены кистей рук, с целью получения не только признательных показаний по данному делу, но и предоставления компромата на своего отца.

(Куда смотрели наши правозащитники? - спросите вы. Как всегда, куда-то не туда - в сторону.

Меня всегда поражала не их беспринципность (нет, среди них были и есть люди принципиальные и чистые на руку), но политическая ангажированность. К примеру, когда я защищал Лимонова и обращался за поддержкой к нашим правозащитникам, они мне не отказывали - писали и направляли свои обращения и ходатайства в суд, в прокуратуру, а то и самому Президенту Путину, - точно так же, как это делали и депутаты, но всегда с оговоркой: "Хотя мы и не раз разделяем политические взгляды Эдуарда Лимонова, просим..."

Точно так же вели себя и многие писатели и функционеры писательских объединений, фамилий которых я уже даже и не помню.

Спрашивается: кому какое дело до того, разделяешь ты лично, литератор Пупкин, или не разделяешь политические взгляды Лимонова? Уж саратовскому-то областному суду и тем более Путину на это было ровным счетом наплевать.

Но такие тексты заставляли лишний раз задуматься, насколько сильно засел в наших людях страх перед Властью: страх за свою собственную шкуру, соединенный с вечным желанием выделиться из общей массы посредственностей, - засветиться, пропиариться, чтобы о тебе услышал сам Президент.

А вдруг услышит?! Чем черт не шутит? А потом пригласит тебя к себе на дачу или в Кремль. И ты четко, по военному, представишься ему и подобострастно улыбнешься (как это сделал, например, на глазах у миллионов телезрителей на президентских выборах 2012 года журналист "Комсомольской правды" и "доверенное лицо Путина" - некто Баранец). Президент пожмет твою руку, угостит чаем, а после попросит что-нибудь прочесть из твоего нетленного, - стишок или рассказик.

Слаб человек, слаб...

Одна надежда на сверхчеловеков.

Но их в России все последнее столетие либо подвергали травле, либо сажали в ГУЛАГ, либо заставляли уезжать за рубеж.)

Но почему же вдруг возникло такое негативное отношение к заслуженному генералу милиции, участнику Афганской войны, на которого так хотели заполучить компромат спецслужбы?

В те годы во власти (в первую очередь - в Госдуме и в Совете Федерации) оказалось, несмотря на все усилия Ельцина противостоять этому, немало людей, которые никак не могли простить генералу Александру Куликову то, что он, в период чрезвычайного положения в Москве с 3 по 18 октября 1993 г., стал комендантом города и быстро ликвидировал массовые беспорядки в столице.

Да, именно генерал А.Н.Куликов выступил тогда по телевидению страны от имени руководства МВД и твердой рукой навел порядок в Москве.

Прав или не прав был генерал Куликов в октябре 1993 года - не об этом сейчас речь. Лично я душой и мыслями был на стороне защитников Белого дома, считая, что распускать президентским указом Парламент (какой бы он не был плохой или неудобный), а потом расстреливать его из танков Ельцин не имел никакого права.

Политика это, как известно, искусство компромиссов, и Ельцину нужно было разрешать политический конфликт политическими же методами, но не с помощью военной силы. Однако дипломатично и мягко решать какие-либо вопросы Борис Ельцин вообще никогда не умел: он или беспрекословно подчинялся более сильным и жестким руководителям (как это было в советские времена, - в его бытность работы секретарем Свердловского обкома КПСС, когда он снес с лица земли Ипатьевский дом, где была расстреляна царская семья), или давил, как клопов всех зависимых от него людей. Третьего Ельцин не знал. Он и Горбачеву-то воспротивился только тогда, когда понял, что тот - слабак.

А на силовое давление со стороны Президента РСФСР депутаты Верховного Совета РСФСР и защитники Белого дома ответили тоже силой, что было вполне естественно. И, кстати, почти полностью повторяло ситуацию 1991 года, за исключением того, что на стороне ГКЧП, не нашлось такого упертого, решительного и злобного властолюбца, каким был Ельцин, и такого волевого и талантливого генерала, как Александр Куликов.

Этот худощавый и, непривычно для больших российских милицейских начальников, подтянутый генерал с щегольскими усиками, отдавший всю свою жизнь борьбе с преступностью, проявил себя в 1993 году, как современный Александр Суворов. Последний тоже умело боролся не только с турками и французами, но и с пугачевцами. Так же и Александр Куликов не только успешно воевал в Афганистане и боролся с преступниками по всей стране, но,когда возникла необходимость, он, единственный в Москве из всех милицейских генералов, взял на себя ответственность за наведение порядка в городе.

А его сын Михаил, до этого воевавший (храбро, без всяких поблажек) в "горячих точках" на Кавказе, был одним из тех омоновцев, кто защищал в октябре 1993 года телецентр Останкино.

Впрочем, не только коммунисты-зюгановцы, снова набравшие было силу в Госдуме, хотели сместить генерал-полковника Александра Куликова. Этого же хотели и влиятельные действующие и бывшие чекисты, пристроившиеся подле дряхлеющего год от года Ельцина. Ведь все они, как и сам Борис Николаевич, были бывшие коммунисты, а, как говорил еще Дзержинский, "каждый коммунист должен быть чекистом". И наоборот.

Поэтому из Матросской тишины его сын Михаил Куликов был отпущен под подписку о невыезде совершенно больным человеком, но и то только по причине истечения предельного срока содержания под стражей в период предварительного следствия.

Почти шесть лет прошло с начала возбуждения уголовного дела и до приговора суда. Из них более года длился сам процесс. Мы, защита и подсудимые, не спешили.

Не торопилось и гособвинение, - то и дело находились какие-то уважительные причины перенести рассмотрение дела или очередное судебное заседание на более поздний срок. За это время бывший боевой офицер, орденоносец Михаил Куликов успел получить вторую группу инвалидности, кто-то из свидетелей умер, а само преступление "утратило общественную опасность", как было отмечено, в итоге, в приговоре суда.

5 апреля 2001 года Басманный суд Москвы все же приговорил обвиняемых к различным срокам наказания, но всех - условно. Михаил Куликов получил условно 10 лет.

"Присел на 10 лет. Условно", - иронично написала об этом газета "Коммерсантъ".

Такой большой срок условного наказания, по видимому, в России не получал никто!

Бывший министр юстиции Валентин Ковалев (прославившийся отдыхом в сауне с проститутками), после того как просидел длительное время за тюремной решеткой по обвинению в хищении государственных средств, и под конец сообразивший-таки отказаться от услуг адвоката Кучерены, тоже получил условное наказание, но только 9 лет; авторитетный предприниматель и красноярский депутат Анатолий Быков (герой книги Лимонова "Охота на Быкова"), которого защищал Г. П. Падва, за покушение на убийство получил 6 лет условно. Так, что наш с Михаилом Куликовым "рекорд" никем превзойден не был. А сейчас суды и вовсе стараются не назначать условное наказание более пяти лет.

Когда после оглашения приговора, я зашел к судье, его лицо не выражало никаких эмоций, - на нем были только следы тяжелой борьбы с похмельем.

"Чего ж Вы так строго отнеслись к Куликову? - спросил я его, впрочем без всякого укора, пока он вялой рукой заверял копии прировора. - Прокурор попросил 9-ть, а Вы дали 10-ть".

"Ни хрена себе! - воскликнул судья, тут же поморщившись от боли.- А я вчера не расслышал и записал, что он просит десять!.. А эта дура секретарь..."

Но мы особо спорить с таким приговором и не собирались: от добра добра не ищут...

В мае 2001 года А.Н.Куликов попросил меня передать Жириновскому приглашение на свой 60-летний юбилей. Владимир Вольфович принял приглашение и в назначенный день приехал в ресторан, где за длинным столом в форме буквы "П" собрался весь цвет столичной и подмосковной милиции. Каждый тост в честь юбиляра завершался многоголосым армейским приветствием: троекратными (двумя короткими и одним длинным) "ура".

Вольфович, как и всюду, куда его приглашали, был в качестве почетного гостя. Вскоре после его выступления, раздалась из динамиков музыка и с небольшой сцены заорал в микрофон Григорий Лепс. Жириновский с трудом выдержал одну песню, а когда Лепс стал демонстрировать силу своих голосовых связок снова, Вольфович быстро распрощался с оторопевшим юбиляром и покинул зал. Признаюсь, я бы тоже последовал за ним, но мне не дал этого сделать Миша, который и пригласил своего "друга Гришу" на юбилей отца.

Это было с его стороны опрометчивым шагом: пение Лепса не только не способствует аппетиту и поддержанию застольной беседы (не говоря уж про содержательно-музыкальную часть его "творчества", которое является "вторичным продуктом"), но и вполне может использоваться в качестве изощренной пытки заключенных. Уверяю вас, если арестованного поместить в камеру, где постоянно крутить песни Лепса, то уже на следующий день он подпишет любые признательные показания.

В тоже время, я знаю одного адвоката (из бывших прокурорских), который в свое время любил "заложить за воротник", и вот он свою степень опьянения определял по песням, которые включал во хмельном угаре: предпоследней стадией были песни Лепса, а последней - песня "А на черной скамье - на скамье подсудимых" - уже в его собственном исполнении. Далее - только мрак.

Сергей Беляк

Продолжение следует

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Судебные страсти
ПУБЛИКАЦИИ » Все публикации
20.3.2019 Юрий Нерсесов
Наследие предков. Современная глобальная цивилизация безжалостна к традициям и воспитанные ею безродные космополиты сплошь и рядом не знают об истории собственного народа. То, что Александр Борода и Адольф Шаевич делают с «Книгой Эсфири», даже обрезанием не назовёшь – перед нами чистой воды кастрация! Не менее противная, чем издевательство над русскими былинами министра культуры России Владимира Мединского.

16.3.2019 Юрий Нерсесов
Рамзанизация. «Падишах моего народа - чеченец. - Объявил в своём блоге бывший министр обороны масхадовской Ичкерии, а ныне депутат парламента кадыровской Чечни от «Единой России» Магомед Ханбиев. - Я с русскими никогда не разговариваю. Я русским никогда слово не говорю. Я никакому русскому не сдавался. У меня не было разговора ни с одним русским генералом, ни с офицером. И я их не люблю даже сегодня. Я сын Ичкерии!» После некоторой паузы уважаемого Магомеда стали отмазывать в стиле незабвенного «Рафик ни в чём не виноват!»

8.3.2019 Андрей Дмитриев
Политический портрет. Безусловно, главной задачей Совершаевой на сегодня является успешное проведение губернаторских выборов. С чем, как уже очевидно, имеются большие проблемы. Усиление клана Ковальчуков и то, что Совершаеву называют теперь их «полномочным представителем» в Смольном, вызывает недовольство других групп влияния федерального уровня. Возможно, расклад сил изменится уже в ближайшее время.

3.3.2019 Юрий Нерсесов
Властители дум. Так сам ли Быков пишет свои книги? Или за него литературные негры строчат, как за министра культуры России Владимира Мединского? Мне страшно даже думать про такую пакость, а потому предлагаю верить в лучшее. То есть в раздвоение Зильбертруда. Или в спорящих внутри его черепушки тараканов-мозгоедов.

22.2.2019 Олег Миронов
Apocalypse now. Сурков - автор неплохих декадентских стихов и даже Агата Кристи под его патронажем записала альбом. Любопытно, что там есть такие слова: «Наш хозяин - Денница». Денница — это Люцифер. Думаю, что он применял методы добиться откровения в попытках понять, прочувствовать «русское бессознательное». Там, в этом состоянии, в этих практиках, вполне вероятно, и встретился с тем самым «хозяином».

19.2.2019 Александр Сивов
Сопротивление. Толпа регулярно скандировала частушки с упоминанием слова «Беналла». Злые языки в СМИ намекают, что Александр Беналла – любовник президента Эммануэля Макрона. Сегодня он компрометирует его не меньше, чем когда-то Распутин компрометировал последнего русского царя...

4.2.2019 Александр Сивов
Сопротивление. То, что творилось в Париже в эту субботу, 2 февраля, на так называемом «Акт 12» (двенадцатая суббота протестов), - беспрецедентно. И это при том, что последние три субботы протестных акций происходили относительно спокойно по сравнению со столкновениями 5 января. Но всё по порядку.

24.1.2019 Андрей Дмитриев
Эхо истории. 75-летие полного снятия блокады – хороший повод вспомнить о тех, кто руководил в те годы жизнью города и его обороной. Речь пойдёт об одном из ближайших соратников главы Ленинграда Андрея Жданова – втором секретаре обкома партии, генерале Терентии Штыкове. Личность весьма примечательная, оставившая немалый след не только в отечественной, но и в мировой истории.

23.1.2019 Владислав Шурыгин
Социал-дарвинизм. Всячески поддерживая и одобряя (а как иначе!?) всё задумки «ОнВамнеДимона», я предлагаю назвать этот год работы в правительстве, годом Спасения и Сохранения электроэнергии (сокращённо СС). Медведеву присвоить звание почётного рейхсфюрера СС. А к названию страны Российская Федерация, если всё у них получится, добавить гордое Konzentrationslager…

21.1.2019 Юрий Нерсесов
Властители дум. С точки зрения левых тараканов Сёмина, Фридрих Энгельс на вопрос «Наш ли Шлезвиг-Гольштейн?» должен был ответить «Наш ли Крупп?», а затем разоблачить захватническую позицию прусского империализма. Он его и разоблачал, но строго по делу.