| ГЛАВНАЯ | НОВОСТИ | ПУБЛИКАЦИИ | МНЕНИЯ | АВТОРЫ | ТЕМЫ |
| Понедельник, 20 апреля 2026 | » Расширенный поиск |
Свернулись в клуб: как Европейское объединение угля и стали сразу показало свою сущность
К 75-летию рождения прародителя Евросоюза
18 апреля 1951 года было создано Европейское объединение угля и стали. Договор подписали шесть стран: ФРГ, Франция, Италия, Бельгия, Нидерланды, Люксембург. Автором идеи, а также председателем объединения стал предприниматель и экономист Жан Монне. Казалось бы, сугубо экономическая инициатива, вызванная прежде всего потребностью Франции в немецком угле и необходимостью восстановления промышленного потенциала Европы после Второй мировой. Но не все так просто. Жан Монне – личность примечательная. Первоначальное состояние сделал на торговле коньяком. В 1930-х успел некоторое время пожить в СССР (где заключил брак с Сильвией де Бондини – женой своего друга, сбежавшей ради такого дела из Италии), заведовал бизнес-контактами с западными странами у китайского генералиссимуса Чан Кайши, был вхож в деловые и правительственные круги США и однажды едва не поставил под свой контроль Bank of America. Во время обеих мировых войн он занимался координацией снабжения западных коалиций: Франции и Великобритании – в Первую, Великобритании с США – во Вторую. В общем, перед нами классический представитель крупного капитала – что называется, «решала» в мировом масштабе. Его идеей фикс было создание Соединенных Штатов Европы под патронажем Вашингтона. «В Европе не может быть настоящего мира, если государства воссоздаются на основе национального суверенитета. <…> У них должны быть более крупные рынки. Их процветание невозможно, если государства Европы не сформируются в Европейскую Федерацию», – говорил он. Однако на первом этапе эти идеи могут показаться слишком радикальными, полагал Монне, поэтому стоит зайти со стороны интеграции экономической и максимального сближения Франции с Германией как двух ключевых европейских государств. И поскольку он оставался своего рода серым кардиналом, ему нужен был политик, который мог бы эти идеи проговорить. Им стал министр иностранных дел Франции Робер Шуман, который выступил с планом создания ЕОУС 9 мая 1950 года (теперь отмечается как «день Европы»). Любопытно, что, когда ему задали вопрос о возможности участия СССР и стран Восточной Европы в объединении, дипломат издевательски ответил, что это реально, если западные державы получат контроль над индустриальными районами Кавказа и Урала. В Москве отреагировали соответствующим образом. «Правда» писала: «План Шумана – это война! План Шумана – это безработица, нищета, голод!» Французскому правительству предъявили ноту протеста. Масла в огонь подлила начавшаяся Корейская война, которую на Западе многие рассматривали как пробный шар. Мол, получится в Корее, Советы пойдут дальше – завоевывать Европу. Хотя таких планов у товарища Сталина не было, в отличие от противоположной стороны. Монне выступил с новой инициативой – создать Европейское оборонительное сообщество на основании все тех же шести стран. Их войска предполагалось объединить в 40 дивизий с единым командованием и численностью примерно 100 тысяч человек. В октябре 1950-го новый премьер-министр Франции Рене Плевен представил этот план в Национальном собрании. И это уже была совсем не иллюзорная угроза для СССР. Зампред советского правительства Лаврентий Берия в выступлении к годовщине Октябрьской революции поставил диагноз: «В последнее время усиленными темпами проводится ремилитаризация Западной Германии с привлечением к этому делу гитлеровских военных преступников. Причем, вопреки здравому смыслу, в этом восстановлении германского милитаризма наиболее активное участие принимают нынешние правители Франции, народ которой за одно человеческое поколение дважды испытал все ужасы германской агрессии. Легко понять, почему американские заправилы находят более удобным осуществлять руками услужливых людей из французов свои планы в отношении Германии под видом «плана Шумана», «плана Плевена» и т. п. Но народы Европы не могут не сознавать, что это создает серьезную угрозу миру». В итоге планы по созданию Европейского оборонительного сообщества торпедировал неожиданный союзник СССР – генерал Шарль де Голль. Убежденный сторонник национального государства, он был противником идей глобалистов и Монне в частности и резко раскритиковал создание ЕОС. «Договор подчиняет нас американской стратегии, совершенно не обеспечивая при этом защиты Франции. <…> «Европейская армия» – это лживый термин. <...> Хочу также подчеркнуть, что договор вручает в руки главы атлантического союза судьбу Франции. Это почти дискриминация страны. Такие полномочия никогда, ни в одном государстве, ни одно правительство не отдавало даже собственному военачальнику», – сказал как отрезал генерал. При финальном голосовании по европейской армии в 1954 году в парламенте коммунисты Жака Дюкло и голлисты совместными усилиями провалили проект, который уже был поддержан ФРГ и странами Бенилюкса. Но без Франции он не имел смысла и был отложен в долгий ящик. Монне был в ярости. Покинул пост председателя ЕОУС, заявив, что ему интересны не уголь и сталь, а Европа. В 1955-м он основал и возглавил Действительный комитет Соединенных Штатов Европы. Однако само объединение стало успешно развиваться, причем именно в том ключе, в каком он планировал, – с постепенной ликвидацией суверенитета отдельных стран. На его базе в 1957-м был создан Европейский экономический союз, а в 1992-м – Евросоюз. После смерти Монне был фактически канонизирован как «отец» единой Европы. В 1979 году его останки были перезахоронены в парижском Пантеоне. А в 2025-м еврокомиссар по обороне от Литвы Андрюс Кубилюс назвал его «отцом победы во Второй мировой войне», поскольку тот-де убедил Черчилля и Рузвельта запустить программу победы, «чтобы форсировать военное производство в США для будущей победы над нацизмом». Так Кубилюс проиллюстрировал свой тезис о необходимости форсированной милитаризации для подготовки войны с Россией. Как все повторяется, однако. Только нового де Голля на горизонте не видно. Андрей Дмитриев Источник - абзац.медиа |
Мозговой шторм. Подобные экстремистские организации не имеют право на существование в нашем российском обществе. Конечно, мы положительно к этому отнеслись. Мы давно проявляли эту инициативу. Надеюсь, что активисты ДПНИ не смогут создать подобную организацию под новым названием. |