АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Пятница, 19 августа 2022 » Расширенный поиск
МНЕНИЯ » Версия для печати
2022-06-20 Андрей Морозов:
Пленные нацисты - ценный ресурс, донбасские мобилизованные - расходный материал

Никто. Никто за несколько часов слова про это не сказал. - Комментирует ополченец ЛНР Андрей Морозов обмен близкой к полку "Азов" медика Юлии Паевской на украинского сына чеченского авторитета. - Пехотеи говорили о том, как задолбались. Артиллеристы гадали, что и когда теперь будет с БК после Красного луча. И как бы сделать так, чтобы тем, кто куда-то попадает, давали побольше БК, чем тем, кто вспахивает поля. Длинная пёстрая гусеница очереди, в основном в трофейном “мультикаме” или купленном на базаре “мхе”, медленно продвигаясь вперёд, молча сопела и вздыхала о том, как рассчитается с автосервисами за ремонт своих фронтовых колымаг, заскочит к жене отдать получку, и вряд ли успеет по магазинам за чем-то кроме сигарет.

Наверное, кто-то думал об этом. Да стопудов думал. Но никто не обсуждал, не спорил до хрипоты, не орал друг на друга.Эти люди, многие из которых начинали ещё в 2014-м, видели всё. Вот вообще всё. Все виды предательства. Пятьдесят, сука, оттенков предательства.

Это им, только что выбравшимся из-под обстрела, российский советник, ни разу на передовой не побывавший, орал в разгар “Минских соглашений” – “Да вы сами первые начинаете! С той стороны мой кореш по училищу стоит! Я ему верю как себе! Он говорит, что вы всегда первые начинаете!”

И этому советнику никто не говорил “Ну и иди, служи там со своим корешем, в ВСУ, а не в российской армии!”. Просто молча смотрели на него как на говно. Единственная привилегия младшего по званию в таких ситуациях.

А когда в разгар Минских соглашений какой-то молодой, не воевавший, прокурор из Луганска приезжал в разведроту 4-й бригады НМ ЛНР? Тогда разведчики сходили в рейд на укроповский укреп, донимавший своим огнём пехоту, и забрали там у укров, помимо прочих трофеев, АГС и пулемёт.
- Это вы тогда-то тогда-то там-то там-то у ВСУ забрали пулемёт номер такой-то и АГС номер такой-то?
- Да, мы, а что?
- Ну… надо вернуть…
Так вот его даже не били. На него даже не орали.
Люди, которым было как два пальца об асфальт свернуть ему шею, закопать в посадке и потом с невинным видом пожимать плечами “Нет, не приезжал, не видели”, и которым очень хотелось это сделать, сказали ему “ИДИ ОТСЮДА” большими буквами даже не повысив голоса.

Когда покойному “Доброму” звонили из Луганска с предложением “Твои сегодня опять по украм стреляли, дай пару фамилий для служебного расследования”, он вздыхал и начинал диктовать “Записывай. Установлено, что такого-то числа подполковник Марков, самовольно произведя 29 выстрелов из автоматического гранатомёта АГС-17, перешёл к станковому противотанковому грантомёту СПГ-9 и произвёл два выстрела…” Гудки в трубке начинались раньше, чем подполковник Марков добегал до миномёта, чтобы коварно нарушить “Минские соглашения” и с его помощью тоже.

Эти самые люди, не кто-то другой, слушали от присланных Родиной политруков “Вы тут все бандиты и предатели, против законной власти мятеж устроили!”. Не по украинскому радио слушали, а от россиян. Военных. Присланных чем-то руководить.

Удивить этих людей предательством в Москве, в верхах, “договорнячками”, “подставами”, игнорированием самых минимальных нужд воюющей армии при миллиардах, спускаемых в золотые унитазы, уже невозможно. Они в этой области видели всё. Вот вообще всё и ещё немного, чтобы лучше запомнилось. Им даже языком ворочать лень на жаре, чтобы это обсуждать после очередной погрузки-разгрузки БК и смены позиций. Повлиять на изумительных людей в Москве, живущих в мире персональных выпусков газеты “Правда”, они никак не могут. Они могут только продолжать убивать нацистов.

Представим себе, что я захотел докопаться до кого-то из них.

- Ты же понимаешь, что те нацисты, которых эти московские изумительные люди отпустят по обмену, они ВЕРНУТСЯ? Вот эти вот торжествующие нацики, объедут с гастролями всю Украину, прокричав со всех трибун “Айда резать русню! Это приятно, полезно и за это не накажут!”. И обязательно вернутся на войну.

- Ну и? – устало посмотрит на меня бронзоволицый луганчанин. - Хорошо бы вернулись на наш участок. И чтобы я в этот день у миномёта стоял, и чтобы “83-й” корректировал. И чтобы их окопы зачищала после нашей работы стрелковая рота, у них сначала граната в блиндаж заходит, а потом все остальные.

Годы войны выработали у людей предельно практический подход к реальности. Разберись, что ты можешь изменить, а что – нет. И делай то, что можешь. Людей, которых стопицот раз уже предали, на крови которых годами шло позорное Минское торжище о безальтернативном возвращении Донбасса в Украину, сейчас волнует чисто практическая вещь – как убивать ещё больше нацистов в единицу времени.

Защищённые смартфоны, чтобы быстро считать стрельбу из пушек и миномётов. Тяги перезарядки на пулемёты. Батарейки на квадрокоптеры. Успеть в магазине чего-нибудь вкусного купить на боевые. И сигарет. Сделать так, чтобы раненый боец не стал инвалидом, а вернулся в строй со временем и дальше убивал бы нацистов вместе с ними.

Я долго думал потом вечером, когда ковырялся уже со своими задачами, монтировал видео бегства ВСУшников от моста на Лисичанск, принимал очередной груз от добрых людей из России – “Что мне это всё напоминает?” И к утру, кемарнув пару часиков за очередным компом с устанавливающейся системой, надумал.

Есть такой замечательный фильм. К сожалению не русский и не советский. “Война Мёрфи”, с Питером О’Тулом в главной роли. Про моряка, уцелевшего при атаке немецкой подлодки на союзническое судно весной 1945-го у берегов Венесуэлы. У него на глазах немцы расстреливают из пулемётов барахтающихся в воде людей, его товарищей. И прячут лодку в устье реки Ориноко, дожидаясь скорого конца войны. Когда можно будет сдаться, сказать “Мы просто выполняли приказ”, посидеть немного в лагере для военнопленных и пойти жить дальше. Эти же немцы, приплыв на лодке в ближайшее поселение, где лечат второго выжившего с корабля, убивают его. Чуть ли не с извинениями. Ну, типа, извини, чувак, мы пленных брать не можем, тем более раненых, а ты же вдруг расскажешь, что мы тут прячемся.

И упёртый отмороженный ирландец начинает свою личную войну с этой подлодкой. Пока он осваивает управление спасённым с корабля гидросамолётом, пока мастрячит самодельные бомбы, пока неудачно пытается потопить лодку с их помощью, наступает конец войны. Так что, когда он реквизирует местный плавкран и идёт на нём таранить лодку, капитан подлодки пытается орать “этому сумасшедшему англичанину” в рупор, что война закончилась. По правилам – уже низя, уже все люди снова друг другу братья, чувак. Но это не производит на Мёрфи совершенно никакого впечатления, равно как и расстрел плавкрана из пулемёта и выпущенная по нему торпеда.

Он в итоге обнаруживает, что лодка, маневрируя и погружаясь для уклонения от его атаки, засела в илистом дне реки. Моряк, технарь, упорный человек, жаждущий возмездия за погибших товарищей, он, обдумав ситуацию, находит выскочившую на берег торпеду, зацепляет её краном, поднимает, подтаскивает в точку над лодкой и, подняв повыше, роняет. Лодка всё, стрелу крана срывает взрывом торпеды, придавливает им Мёрфи на палубе, плавкран тонет поверх лодки с захлёбывающимися в ней нацистами. Всё хорошо, все умерли.

Так вот, если выстроить в один ряд по возрастанию упёртости и отмороженности испанцев, а за ними – ирландцев и пойти вдоль этой живой шкалы упорства и упёртости в сторону русских, и не задолбаться потом ещё пройти вдоль русских сколько сможешь, пока не задолбаешься совсем, то где-то там будет сидеть молодой ещё, но уже с сединой, парень с каких-нибудь Ровеньков, воюющий девятый год, чистящий свой “калаш” куском трофейной футболки с трызубом. А дальше будут архангельские поморы и уральские староверы. И московские айтишники.

PS. И да, я лично не сомневался и не сомневаюсь, что всех знаковых нацистов и иностранных наёмников, даже и особенно тех, кто прям на слуху, обязательно обменяют. Кого-то, может быть, осудят для порядка, но больно расстреливать и, тем более вешать, не будут. Обменяют.

Это - ценный ресурс. Пленные нацисты – ценный ресурс. Это луганские и донецкие мобилизованные, брошенные в бой без обучения, без связи, без бронежилетов и элементарной полевой медицины – дешёвый расходный материал, “неучтёнка”, которую можно не считать. А захваченные ценой их жизней в плен нацисты – ценный обменный фонд. ЭТО ПОНИМАТЬ НАДО.

Успокойтесь уже, блоггиры. Дна нет. У российского руководства нет дна, не надо его искать, пытаться нащупать, расстраиваться, что не нашли каждый раз, когда случается очередная зрада. Забейте.

Надо двадцать лет жить где-то на Марсе без Интернета, чтобы не понимать летом 2022 года, что дна нет. Нет такого днища, на которое не свалились бы российские власть и элита и не постарались бы его тут же пробить, догоняя свой основной пример для подражания – власть и элиту украинскую.

Нету дна, всё, успокойтесь, забудьте. Российское руководство – это точно такие же позднесоветские комсомольцы, как руководство Украины, затащившее Украину в нынешний оголтелый нацизм. Для них “предательство” – это то, чему они посвятили всю свою жизнь. Они ещё в комсомол и партию на закате СССР шли, чувствуя “ветер перемен”, чтобы повыгоднее предать. Что вы хотите от них сейчас, тридцать с лишним лет спустя, когда “предать своих, особенно если дадут денег” стало уже въевшимся рефлексом?

Забейте. Просто забейте.

Комментарий "АПН Северо-Запад": Невозможно не подписаться под каждым словом. Но счёт предательствам вести всё же стоит. Может пригодиться.

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Война и мир
ПОЛЕМИКА
2011-04-18 Мухаммад Амин Маджумдер:
Мозговой шторм. Подобные экстремистские организации не имеют право на существование в нашем российском обществе. Конечно, мы положительно к этому отнеслись. Мы давно проявляли эту инициативу. Надеюсь, что активисты ДПНИ не смогут создать подобную организацию под новым названием.