АПН
ГЛАВНАЯ НОВОСТИ ПУБЛИКАЦИИ МНЕНИЯ АВТОРЫ ТЕМЫ
Понедельник, 18 октября 2021 » Расширенный поиск
МНЕНИЯ » Версия для печати
2021-07-22 Владислав Шурыгин:
ВПК, который мы потеряли

В последние годы у нас стало модным трендом гордиться достижениями нашей промышленности и ВПК. Новое вооружение – «Авангарды», «Посейдоны», «Кинжалы», «Пересветы», «Арматы» – буквально не сходит со страниц газет, журналов и экранов сетевых СМИ. И мы по праву гордимся этим! Сегодня доля нового вооружения в арсенале нашей армии превысила 83%. - Оптимистично начинает свой текст по состоянию российской оборонки военный журналист Владислав Шурыгин. Однако быстро обнаруживает в бочке мёда изрядное количество ложек дёгтя. - И всё же даже при таких оптимистичных новостях стоит сохранять здравый смысл и не терять связь с реальностью. На фоне наших успехов нельзя забывать и о проблемах, которые не преодолены. Да, мы многое сделали, чтобы вернуть себе утраченные позиции в области передовых технологий, но по-прежнему остаётся множество нерешённых вопросов. Сохраняются технологические лакуны, где мы серьёзно отстаём от нашего вероятного противника.

Так, в апреле Объединённая авиастроительная корпорация сообщила об очередной задержке серийного производства самолета МС-21: «Получение российского сертификата МС-21-300 запланировано на конец 2021 года. Поставки первым авиакомпаниям планируются в 2022 году» – сообщили журналистам в пресс-службе ОАК.

В ОАК задержку объяснили тем, что «на темпы реализации проекта повлияли «торговые ограничения», в первую очередь, они коснулись поставки материалов для производства композитного крыла». Речь идет об американских санкциях в отношении компании «Аэрокомпозит» (входит в ОАК), из-за которых поставки композитов для МС-21 попали под запрет. Также повлияли «новые правила на получение экспортных лицензий для зарубежных партнеров программы».

Фактически речь идёт о том, что до сегодня в России нет полноценного производства углеволокна и технологий работы с ним, в частности отработанных технологий форматирования и «спекания» из него композитных деталей, таких как «чёрное крыло» для МС-21. А ведь ещё тридцать лет назад СССР был одним из лидеров в области углеродных технологий. Именно на их основе были созданы элементы тепловой защиты космического челнока «Буран».

Для «Бурана» объединение «Союзуглерод» разработало термозащитную плитку со специальным покрытием, позволявшую выдерживать нагрев до 1 260 градусов Цельсия. За время испытательного полета из 37 500 плиток корабля было потеряно только шесть плиток и около ста — повреждено.

Кроме «Бурана» углеродное волокно использовалось в самых разных отраслях – от экспериментов с «отливкой» крыш для городских троллейбусов, корпусов кораблей до изготовления корпусов для баллистических ракет. Но уже к концу 90-х годов его производство было прекращено, а сама технология утрачена, и почти десять лет мы закупали его у американцев и японцев, пока в 2009 году американцы не запретили нам его продавать, что сразу остановило целый список наших разработок в космической, авиационной и морской областях.

Только к началу 2018 года появилась информация, что российскому производителю «Алабуга-Волокно» удалось полностью заместить весь перечень продукции. Но, как видно по истории с МС-21, полностью восстановить это производство мы ещё не можем. Напомню, в последних самолетах Boeing весовая доля углекомпозитов составляет порядка 50 процентов, тогда как у самой передовой нашей разработки – МС-21 – 35 процентов». Сегодня в мире вырабатывается 60 тысяч тонн углеродного волокна, и наша доля — 1/56 от китайского производства и 1/28 от американского.

В области ракетной техники мы утратили технологию производства ракетных двигателей на водород-кислороде. Созданный в конце 80-х двигатель РД-0120 был разработан для ракетного комплекса «Энергия» и отлично прошёл все испытания. Но затем проект «Энергия» был сдан в утиль. А с ней и утрачена технология производства «водородных» двигателей, и сегодня для третьей ступени нового тяжёлого носителя «Енисей» приходится заново создавать кислородно-водородный двигатель тяжёлого класса.

Особая тема – электроника. В 1970-1980-х гг. СССР занимал второе место в мире по производству микроэлектроники и даже в начале 1990-х поставлял электронику в Китай. Но с середины 90-х годов начался распад отечественной микроэлектронной промышленности. Приватизированные за гроши предприятия были просто не способны включиться в начавшуюся в мире технологическую революцию микроэлектроники. Для этого нужны были огромные средства. Но у новых хозяев их не было, как не было и желания вкладываться. Им нужна была прибыль! Поэтому один за другим заводы закрывались, а территории их продавались под рынки и офисы. Как итог – Россия сегодня просто отсутствует в мировой статистике производства микроэлектроники. Ситуация начала меняться только после совещания в правительстве в апреле 2018 года, когда было решено возродить производство. Тогда же были выделены деньги на постройку нескольких заводов. Но это только начало долгого пути…

Мы сегодня критично зависим от зарубежных поставок космических микроэлектронных плат, которые не производим сегодня сами и разными способами закупаем за границей в обход американских запретов. Отечественной замены им сегодня нет.

После разрыва с Украиной мы оказались без тяжёлых корабельных газотурбинных двигателей, и вся наша кораблестроительная программа «зависла» почти на четыре года, пока Рыбинский завод не наладил производство отечественных, которые пока ещё весьма далеки от совершенства.

Ракетные войска стратегического назначения (РВСН) России сегодня находятся в полной зависимости от тягачей производства Минского завода колесных тягачей (МЗКТ).

Именно в Белоруссии выпускаются колесные шасси МЗКТ-79221 для подвижных грунтовых ракетных комплексов (ПГРК) «Ярс». Кроме них, на минских колёсных платформах выпускаются комплексы ПВО С-400, «Бук-2М», тяжелые системы залпового огня «Смерч», тактические ракетные системы «Искандер-М», «Бал» и «Бастион». И отечественной замены в ближайшие пять лет не предвидится. Отечественный дублер Минского автомобильного завода КЗКТ Курганский завод колесных тягачей имени Д. М. Карбышева в 2011 году закрылся в связи банкротством. А разработка на основе «КамАЗа» «Платформа О» так и не дошла до стадии производства…

Список этот можно продолжать. Мы утратили технологии производства боевых кораблей класса крейсер-авианосец. Россия самостоятельно не может производить тяжёлые самолёты Ан-124 «Руслан», сверхтяжелые самолеты Ан-225 «Мрия», орбитальные корабли военного назначения и ещё целый список вооружений и систем. И это только стратегические технологии! Общий же список же утраченных технологий или, как теперь можно говорить, компетенций насчитывает тысячи позиций! Какие-то мы восстанавливаем на новом технологическом уровне, какие-то утрачены совсем. И на восстановление их потребуются триллионы рублей и годы работы! Так что почивать на лаврах нашего мирового технологического лидерства сильно рано!

Комментарий "АПН Северо-Запад": Относительно критической части всё верно, а вот позитивную можно изрядно урезать. Поскольку ракетный комплекс "Авангард" начал разрабатываться ещё в СССР, когда будет создан глубоководный аппарат "Посейдон" до сих пор неизвестно, а проект танка "Армата" трудно назвать особо успешным. Вместо запланированных тысяч машин на вооружение поступит примерно сотня.

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ » Все темы
Заря в сапогах
ПОЛЕМИКА
2011-04-18 Мухаммад Амин Маджумдер:
Мозговой шторм. Подобные экстремистские организации не имеют право на существование в нашем российском обществе. Конечно, мы положительно к этому отнеслись. Мы давно проявляли эту инициативу. Надеюсь, что активисты ДПНИ не смогут создать подобную организацию под новым названием.