ЖЗЛ. В управлении лагерей был такой генерал Кухтиков, который берёг и покрывал всех даровитых заключённых, возясь с ними, пристраивая, где потеплей и прикармливая, когда голодно. И однажды Кухтиков, по душам общаясь с Русаковым, пригорюнился, разливая: - А беда слышал какая случилась, Русаков? Борьку Корнилова не уберегли! Конвойный застрелил - думал, что тот пошёл на побег, а он камешки собирал...

Акулы пера. За минувший год ни один героический ополченец не появился ни на одной обложке российских журналов. Вы обратили на это внимание? Люди, которых огромная часть страны воспринимает в качестве новых национальных героев, - их как бы нет. Вот если бы Стрелкова повезли в клетке в сторону Гааги - тогда бы да. Тогда - с удовольствием.

Credo. Пролетариат лучше Христа, - быстро, будто бы не слушая отца Феофана, сказал Эйхманис. - Христос гнал менял из храма - а пролетариат поселил тут всех: и кто менял, и кто стрелял, и кто чужое воровал... Революция такая, революция сякая, а где огромная правда, которую можно противопоставить большевистской? Сберечь ту Россию, которая вся развалилась на куски, изнутри гнилая, снаружи - в вашем сусальном золоте? Кому сберечь? Зачем?

Полицейское государство. У меня возникает желание сделать следователя Малахова С.С. не менее известным, чем его однофамильцы из числа телеведущих. Потому что гражданин начальник ужасающую физическую боль, причинённую омоновцу, принял очень близко к сердцу. Когда омоновца в шлеме обнимают, ему, само собою, больнее, чем когда девушке бьют по незащищённой голове резиновой палкой.

Гримасы либерализма. Ненависть нашей либеральной общественности фокусируется исключительно на Советском периоде. Все остальное воспринимается куда более спокойно. Ну, что-то там было и при Екатерине, и при Петре, и при Гришке Отрепьеве. Было и было, и быльем поросло.

Apocalypse now. Сотрудничество с Глобальным Югом обломалось о хитромудрые стратегии Индии и Китая и, главное, о тотальный саботаж российских финансовых и политических элит, которым на хер всё это было не нужно.

Театр абсурда. Люди из аппарата управления страной в частных разговорах сетуют, слыша нашу неконструктивную критику внешнеполитических позиций России: «Вы слишком мало знаете», – говорят они. «Вы не учитываете всех факторов», – упрекают нас.

Деградация. Владимир Ростиславович Мединский решает, как минимум, две наиважнейшие задачи. Первая: возвращает русскому литератору статус человека государственной важности.

Война и мир. Грубо и образно говоря, участник СВО нужен системе не для того, чтобы убрать (в любой сфере) «Аллу Пугачёву» и привести (в любую сферу) «Юлию Чичерину». Он нужен для того, чтобы стать крышей для (условной или коллективной) «Аллы Пугачёвой».

Игры патриотов. Россия не только выставку проводит, но и потеряла не менее ста тысяч человек убитыми, так и не сумев отвоевать территорию ДНР за два с лишним года, так и не вернувшись к Краматорску и Славянску.